Счастливчик Рид

Тщательно ощупав свое тело, мужчина пришел к выводу, что чувствует себя отлично – ничего не болело, и он даже не смог точно определить то место, в которое вошел арбалетный болт.“ Волшебство, да и только!”

 Задумавшийся наемник не сразу заметил, как кончик его хвоста раскачивается из стороны в сторону. Рид закусил губу, уставившись на новую деталь своего тела. Ощущения по поводу столь сомнительного приобретения у него были весьма спорные и противоречивые. 

 Сконцентрировавшись, Счастливчик попробовал пошевелить хвостом, и это оказалось не сложнее, чем согнуть палец на руке.

Заостренный кончик послушно поднялся на уровень глаз мужчины, чуть изогнулся и уставился на него, будто змея на кролика. 

 Аккуратно потрогав хвост, Рид понял, что ощущает его частью себя, такой же, как руки или ноги. Посему, отрезать хвост он не мог – слишком больно. Хотя, если выбирать между этой болью и той, что можно испытать на костре инквизиции за чрезмерное сходство с нечистым, то выбор становился очевидным.

- Нда, - Счастливчик цокнул языком. 

 Задумавшись, наемник начал стучать пальцами по подлокотникам. Как теперь быть? Может, Тереза сможет помочь? Но где она сама? 

 Рид хлопнул по столу ладонью – ладно, с этим он еще разберется. Но, несмотря на то, что все пять пальцев оказались на столешнице, ритмичное постукивание продолжало звучать в каюте – теперь хвост выстукивал ту же дробь, но по полу. Нахмурившись, Счастливчик строго глянул на хвост и тот сразу сник, прижавшись к ноге хозяина и больше не отвлекая его.

- Так-то лучше, - снисходительно произнес наемник. Стараясь как-то подытожить недавние события, Рид пришел к простому и безрадостному выводу: он, Фэлрид ван Лэйтен, сейчас плыл на гнилом корабле неизвестно куда, непонятно с кем и не пойми зачем, и ничего не мог с этим поделать. Ситуация, прямо говоря - патовая и, мягко выражаясь - крайне паршивая.

 - Похоже, я влип, - пробормотал Счастливчик. – Опять. Но, в этот раз, очень серьезно.

 Стоило наемнику договорить, как крышка гроба дернулась, и начала пугающе медленно подниматься. Не хватало еще какого-нибудь душераздирающего скрежета и глухого стона. Но и без них Рид ощутил, как начал седеть. Когда же в край гроба вцепилась рука с длинными когтями, он побледнел и вжался в кресло.

- Вот теперь не похоже, а точно влип, - Счастливчик вскочил и взялся за саблю – знакомиться с тем, во что превратился Карл, как-то не слишком хотелось.