Счастливчик Рид

- Ну извини меня за то, что одна не слишком-то сообразительная ведьма не предупредила меня о последствиях! – наемник скривился. – Что тут смешного? Откуда же я знал, что так получится? Я тогда понятия не имел, кто такая Селестина, и что я могу развеивать чары. К тому же – так или иначе – но работу я выполнил.

- Допустим, - несмотря на серьезный вид, зеленые глаза Терезы продолжали искриться, но отнюдь не вином, а безудержным весельем. – Но, так или иначе, - передразнила она мужчину, - при этом погибло несколько десятков людей.

- Они бы не погибли, если бы ты предупредила меня о способностях жнеца. К тому же, формально убил их не я, - Рид скрестил руки на груди, после чего незамедлительно переадресовал тот же вопрос Терезу. – А тебя это не угнетает?

- Знаешь, - промурлыкала она. – Любой из тех людей, не раздумывая, отправил бы меня на костер только за то, что я родилась ведьмой. А до этого меня бы пытали. Едва ли кто-то пожалел бы меня, так с чего я должна это делать?

- Справедливо.

- Еще как, - Тереза кивнула, и ее губы вновь растянулись в дьявольской ухмылке. – А теперь – десерт, объявила она. – Очаровательный, сладкий и вкусный десерт, - ведьма плотоядно покосилась на вздрогнувшую Селестину. – Да-да, я о тебе, гомункул.

- Не называй ее так.

- Тебе не нравится? – Тереза вскинула бровь. – Ах да, прости, я на миг забыла, каким местом ты предпочитаешь думать. Но тут-то и скрывается самое смешное!

«Бесишь.

 Довольная улыбка Терезы очень не понравилась Счастливчику. Ведьма сейчас походила на кошку, что добралась до ведра свежих сливок, или даже до мышиного гнезда – слишком уж хищно и злонравно она выглядела.

- Ты же ему не рассказала? – она взглянула на Селестину. – О тонкостях создания гомункулов. 

- Нет, - та опустила глаза. – Господин не спрашивал.

 Риду с каждым мгновением происходящее нравилось все меньше и меньше.

- Короче, - прорычал наемник.

- Конечно-конечно, господин. – Ведьма веселилась от души. – Дело в том, что гомункулов создают для определенных целей, и цели эти угодны церкви. А теперь ответь мне сам, Счастливчик, что из того, что ты любишь, неугодно церкви? 

- Ха, да почти все!.. – оскалился Рид. Впрочем, улыбка недолго сохранялась на его лице.