Счастливчик Рид

Я - вещь….

- Ты не вещь! – с неожиданной злобой прорычал Счастливчик. 

 Он даже не понял, что больше его задело: само утверждение девушки или же тон, которым она его сделала: голос Селестины звучал тускло, безвольно и печально. Прежде Рид не раз слышал, чтобы люди так говорили и, как правило, в этот момент они были сломлены и находились на грани отчаяния, или смерти.

  В любом случае, Счастливчик вспылил. 

- Вещи не дышат, не говорят и знаешь что еще? Они ни хрена не чувствуют! А я видел, как ты переживала за тех монахов! Как хотела помочь! Я видел это жертвенное дерьмо в твоих глазах - ты готова была умереть ради них!  Да после этого я сам в меньшей степени человек! Но тут ты отводишь в сторону глазки и заявляешь, что ты не человек? А я тогда кто? Навозный жук?! 

 Селестина развернулась в седле и долго смотрела в глаза Счастливчика.

Ему даже стало не по себе. Может, он перегнул палку? Это плохо, ведь если он ее обидел – Селестина никогда этого не забудет. Она же ничего не забывает.

“Нда-а-а, - тоскливо подумал Рид, - вон вам и второй недостаток жены-гомункула – проколешься один раз, и тебя до смерти будут этим попрекать. Жуть просто”.

 Тем временем, Селестина не отводила глаз. Заерзав в седле, наемник спросил:

- Чего это ты? 

- Спасибо, - она еще немного помолчала, продолжая смотреть на мужчину. Когда он уже готов был утонуть в светлом омуте ее необыкновенно прекрасных фиалковых глаз, Селестина тихо и трогательно прошептала. – Мне… мне приятно слышать такие слова.

Это очень важно для меня.

- Ну вот! – Рид взъерошил волосы на голове и неуверенно рассмеялся. Казалось, прошла целая вечность с тех пор, как он делал комплимент девушке, что действительно его заслуживала. Неловкое, надо сказать, чувство, мальчишеское какое-то.

 Счастливчик старался вести себя как можно более непринужденно, чтобы скрыть едва отступившее волнение. Обычно, Рид предпочитал прятать свои чувства и мысли за лицемерной маской, но сейчас не сдержался.

Почему? Сложно сказать, возможно, его тронула чистота и невинность спутницы или дало о себе знать напряжение последних дней. В любом случае, теперь Счастливчик снова стал самим собой.

- А говоришь, что не человек! – он сверкнул прежней беззаботной и белозубой улыбкой. - Стоило тебя похвалить, как ты сразу же обрадовалась – типичная женщина, как по мне!

 Селестина не ответила. Она поспешно отвернулась, но Рид успел заметить, как покраснели ее щеки.