Любовь виршеплета

Я сир Паристан, а это э-э-э… сир Ферис, – представил я нас героями известной поэмы пера Мориса Кудреватого. Сии герои слыли большими любителями увеселений с необремененными моралью дамами. Девушка едва заметно улыбнулась. Уверен, что за год сюда приходит несколько сотен «Паристанов» и «Ферисов»! – Сегодня у моего друга очень важный день, милая Делия. Первая женщина – она навсегда остается в сердце мужчины! И даже пусть он станет прожженным ловеласом и соблазнит десятки красавиц, он всегда будет помнить о той, что подарила ему этот дивный мир наслаждения и страсти! Впрочем, не думаю, что мой друг свернет на эту скользкую дорожку, ха-ха… Для этого у него слишком много фантазий о вечной любви и прочих глупостях… но, о чем это я? В общем, милая Делия, нам нужно, чтобы все прошло по высшему разряду!

– Оу! Это так трогательно, так волнительно! – может, мне показалось, но Делию, как будто, момент о «вечной любви» также весьма взволновал.

Странно, конечно, для работницы подобного заведения, но кто из нас не витает в молодости в подобных фантазиях?

Я обернулся к дракону, и чуть было не сгорел от его взгляда.

– Друг мой, расслабься! Поверь, это не то место, где стоит стесняться неопытности! Погружение в искусство наслаждения и страсти нужно проводить постепенно! Некоторые штучки с непривычки могут и вовсе отбить всякую тягу к э-э-э… дальнейшему погружению! Правильно я говорю?

– О да, сир Паристан! Я вижу, вы истинный ценитель нашего искусства! К сожалению, многие этого не понимают, и оттого случаются… э-э-э курьезы… – Делия хихикнула, очаровательно прикрыв рот ладошкой.

– Но что же мы стоим здесь, на солнцепеке, прошу вас, пойдемте, пойдемте!

И она увлекла нас через неприметный проход за живую изгородь.

Ого, да у них тут целый лабиринт!

Пара поворотов, длинный зеленый коридор, еще пара поворотов и мы вышли на другую полянку… Вау…

Несколько круглых бассейнов, выложенных белым камнем, фонтанчики, просторная, увитая плющом, тенистая беседка, диванчики, кровати с множеством подушек, низенькие столики с яствами и целой галереей бутылок… и бабы! С десяток всевозможных красоток, начиная от тощих каменномордых эльфиек и заканчивая огромной двухметровой зеленухой с шикарной, почему-то беленой, гривой! О Ушедшие, да я в раю!

Едва мы ступили на поляну, как на нас обрушилась волна звуков и запахов.

Журчали фонтаны, весело щебетали девушки, кожу холодила взвесь мелких водяных брызг. Пахло фруктами, почему-то мятой и еще какими-то сладковатыми эльфийскими благовониями.