Отбор попаданок для короля-дракона

– Благодарю, – едва заметные морщинки появились в уголках ее глаз и рта.

В коридоре послышался шум. Я выскочила туда, увидев Наташу и Алана, о чем-то спорящих. Пять минут знакомства, а они уже ругаются.

– Вы чурбан! – крикнула Наташа, сдавила Пушарика, и, махнув, головой так, что волосы хлестнули по Алану, удалилась.

– Что случилось? – спросила я мужчину.

– Я ей посоветовал не таскать завзирабра везде с собой, – пожал плечами тот. – Просто эти существа не переносят тряски.

Натан мне говорил про это.

– Она проходит? – я скрестила руки на груди.

Наташу один раз обидь – закроется в комнате и будет там сидеть. Пока не проголодается.

– Да.

Тишина повисла между нами. Алан не спешил уходить, а я не знала, что сказать.

– Скажите, а со Златой Дорджилс все было в порядке? На осмотре.

– Я же сказал. Она прошла, – жестко ответил Алан. – Остальное лекарская тайна.

И он не скажет правду. Да что ж такое-то. Может во время отбора удастся ее разговорить?

– Да, извините. Я просто волнуюсь.

– Я вас понимаю. Позволите осмотреть вас?

Мы вернулись в кабинет, где Алан снял очки.

Приятный лазурный свет разливался от его глаз, не слепя и не раздражая. Он осмотрел меня полностью, поводил руками, что мне напомнило сеанс народной медицины. Скептик внутри меня уже настроился выслушивать кучу несуществующих проблем и способы их лечения. Болит голова – подорожник, аппендицит – выпейте настойку из мухоморов.

– Застывший возраст тридцать лет, – пробурчал Алан.

– Застывший? – переспросила его. Поднятые вверх руки затекли и ныли, но Стемфри сказал удерживать их, пока он не закончит.

– Нынешний, – ответил он.

Не хотела его расстраивать и самой расстраиваться, что немного старше.

Почувствовала тепло за спиной.

– Небольшое искривление позвоночника, присущее сидячей работе.

Переместился вперед. Рука прошлась от горла все ниже к животу. Еще ниже и застыла. Мужчина нахмурился.

А мне стало страшно, хотелось прекратить.

– Такое ощущение, что… даже не знаю, что и сказать.

– Тогда не стоит и продолжать, – отвела его руку.

Не думала, что он способен такое увидеть. Помню, дворцовый врач не заметил.

– Это связано с нападением или это связано с ребенком?

– Я же сказала, что не хочу продолжать. Это было в прошлом, – холодно ответила ему. Настолько в прошлом, что мне не хотелось вспоминать. Я похоронила все воспоминания и надежды тогда, хоть врачи и давали слабый шанс, что я смогу завести детей вновь. И привычка барабанить пальцами появилась только, лишь бы успокаивать себя.