Васка да Ковь

И слова твои исполнял тоже Шектах. Я посмотрю, как ты справишься с Шакалами, Шайне. Сможешь удержать в своих красивых ручках? Сможешь натравить на меня? Тогда и торжествуй. А пока — забирай тело и убирайся».

— Одна?!

«Тебе стоило бы просчитать все варианты, прежде чем заявляться сюда одной, но, так и быть, ты можешь взять повозку».

И Ложка сунул руки в карманы, завершая разговор.

Шайне пропыхтела от двери что-то нецензурное, а потом унеслась, стуча каблуками.

Когда стих перезвон, Кирочка высунулась из-за занавески.

— извините.

«Не за что», — отмахнулся Ложка, — «Когда я тебя здесь увидел, я решил, что это судьба. Шайне есть за что меня ненавидеть, меня и… всех, кто мне близок, как ты понимаешь. Я думал, она может струсить, она должна была струсить, но, увы, ее смелости хватило на объявление мести. Поэтому я больше не думаю, что молчание сможет решить хоть что-то, молчание, увы, опасно».

— Тебе нужна была свидетельница, которой Васка поверит, и которая не вылезет в самый важный момент из-за шторы, полыхая гневом.

«Несмотря на определенные недостатки, ты достаточно умна, чтобы вести себя как пятилетняя девочка в пятилетнем теле. И достаточно умна, чтобы сидеть тихо», — кивнул Ложка, — «Поэтому я решил — это не иначе как судьба».

— Ковь тебе Шайне не простит. — Вздохнула Кирочка.

«Я умею выставлять приоритеты».

— Вы с Ваской очень похожи. — Хмыкнула Кирочка, вспоминая рассказ Фыля, — в чем-то. Но он не простит тебе Ковь.

Ложка развел руками.

«Он сказал, для примирения достаточно искренности, и я дам ему искренность».

Кирочка задумалась.

Она не знала, что это за человек, она не могла точно знать его целей. При ней он хорошенько поцарапал беззащитную девушку ножичком — вон он, торчит себе в двери, как будто всегда там был. Он убил как минимум одного человека… который потом встал упырем.

Он брат Васки. И нравится Кови. И он воспринял ее всерьез. С самого начала, когда увидел ее в первый раз, он уже знал, что никакая она не маленькая девочка.

Как когда-то Ковь.

Как когда-то Васка.

И он позволял ей дурачиться. Он сел играть в игру, когда она попросила.

Пожалуй, этого Кире достаточно.

Почему бы не помочь хорошему человеку?

«Хочешь, убью ее для тебя?»

Вопросительный знак — стремительным росчерком.