Забытые боги: Пепельное солнце

Я медленно поднялся со стога, стряхнул прилипшие колосья с дырявых штанов, искоса наблюдая за тем, как копья закона неотрывно провожают каждое моё движение.

— Ну, раз так, то спасибо за совет, добрые селяне, непременно ему последую. С чего, как вы думаете, мне начать? Ограбить дом старосты? Или залезть в лавку к торговцу?

Надзиратели, звякнув копьями, угрожающе направили их мне в грудь. Лица их приняли строгое выражение блюстителей порядка, а то, как крепко они держали свои орудия, не вызывало сомнений в серьёзности их намерений.

Да, что-то я оплошал. Ну, что поделаешь, поспешность всегда считалась одним из главных моих недостатков.

— Чего ещё? — искренне недоумевал я.

— Ты задержан за попытку ограбить честных людей! — прокричал юнец звенящим голосом.

Вот чего никогда не пойму, так это того, что творится у простого общества в черепушке. Казалось бы, сельская простота, но монарха понять легче, чем деревенского дурачка.

— Чего?! Вы же только что…

— А ну, молчать, ворюга, иди за нами! — рыжий парнишка больно ткнул затупленным остриём копья мне в живот, и я согнулся от боли.

— Посидишь с недельку в яме, посмотрим, как запоёшь, — вторил молодому пожилой надзиратель. Копьё в его руке подрагивало, и я с опаской следил за ним краем глаза — кто знает, насколько сильными могут быть припадки этого старика.

И почему мне не сиделось спокойно в городе Арбе? На кой-поплелся я в эту богами забытую деревню?

Нет уж, выйду из ямы через недельку и двину в столицу, там лентяев как родных принимают.

— Достопочтенный надзиратель, вы не могли бы не тыкать в меня своим копьём? Я ведь не оказываю вам никакого сопротивления.

Молодой надзиратель с воинственным видом уж слишком сильно исполнял свой долг перед законом и государством, так что у меня уже спина вся чесалась.

— Твой вид уже внушает сопротивление божественным заветам, — глухо проговорил старик..

— Но зачем-то же меня боги таким создали, а? — с ехидством промолвил я. — Значит, я соответствую их божественным заветам.

— Молчал бы уже, — продолжал тыкать копьём рыжеволосый юнец.