Забытые боги: Пепельное солнце

— Давай ко мне, вдвоём быстрее управимся!

Мальчишка радостно махал серпом, его лохматая голова еле виднелась среди густого, высокого разнотравья. Ючке убрала руку от лезвия и с натянутой улыбкой двинулась на зов Дилфо.

Глава 5. Известность - это когда о тебе знают то, чего ты сам о себе не знаешь

Мне удалось догнать её на окраине деревни Атто, которую так тщательно и основательно сжёг божественный солнечный шар. Свергнутая богиня стояла посреди пепелища, где раньше располагался дом сельского старосты, и схватившись за грудь, тяжело дышала.

— Эй, ты так рванула, я уж думал, не поспею… — начал было я, но она резко прервала меня, крепко вцепившись в мою руку.

— Что это такое? В груди? Почему так тяжело дышать?

Она с трудом перевела дыхание, по её смуглому лицу катились капельки пота, золотистые волосы выбились из тугого пучка и прядями спускались на плечи, плотно укрытые золотым металлом доспеха.

Забавное зрелище.

Я, наверное, выглядел также, когда меня спихнули с Небесной Тверди и окунули лицом в грязь смертной Юдоли. Хорошо, что никто не встречал меня внизу, какой это был бы позор.

— А, ты про это. Привыкай, — усмехнулся я, пытаясь отделаться от её руки, но она словно прилипла ко мне. — Тело без божественной энергии слишком слабое и неповоротливое, ему всё время нужно отдыхать, а возможности его существенно ограничены. Я уже не говорю о постоянной нужде в еде, воде, сне и иных вещах, о которых я из вежливости перед женщиной упоминать не буду.

Свергнутая богиня уставилась на меня, словно на умалишённого, но затем до неё дошёл смысл моих слов, и лицо её скривилось.

— Есть? Что есть? — спросила она срывающимся от недавнего бега голосом.

— Как что? Человеческую еду, что же ещё. Души твоё тело сейчас не примет.

— О боги, — она закатила глаза, наконец-то отцепилась от меня и утерла пот со лба.

И несказанно удивилась влаге, появившейся на ладони.

— Да, скажем спасибо старым богам за возможность на собственной шкуре прочувствовать тяжесть быть смертным, — я хмыкнул, а она зыркнула на меня испепеляющим взором, которым так славятся её старшие братья. О, сколько раз солнечные боги пронзали меня пиками острых взглядов в словесных перепалках.