Возвращение в Ирий

Синяки очень плохо сочетались с деловым костюмом, но понял я это поздно, а переодеваться было лень, так и пошел, пугая благочестивых старушек и жирных голубей. Офис находился недалеко от моей квартиры на первом этаже жилого дома и состоял из одной комнаты, в центре которой, под свисающей с потолка лампочкой, стоял абсолютно пустой деревянный стол. За столом сидел синеглазый шкафоподобный индивидуум с золотистыми кудрями по плечи и мужественным квадратным подбородком. Одет он был в темно-синий костюм и белоснежную рубашку.

– Василий Шуйский? – пробасил он, когда я вошел. Окинул мою веселую физиономию ироничным взглядом и сразу же перешел к делу. – Нам нужен ассистент на кафедру справедливос... на историческую кафедру. Куратор для группы студиозов. Контракт на год, с испытательным сроком в три месяца. Денег немного, – рекрутер на мгновение задумался, – по нынешнему курсу примерно столько, – он подвинул мне лист бумаги с весьма скромной цифрой.

– Только история не моя специальность, я больше по механике.

– Это не важно, – он лучезарно улыбнулся. – Скажу честно, нам нужна нянька для великовозрастных болванов и ты единственный кто отозвался на объявление.

Я понимающе кивнул. Видно нормальные люди в поисковик забивают что-то иное, чем желание «не пыльной работенки» и не идут на должность «помощник декана по воспитательной работе с нестандартными талантливыми личностями»

– Отлично, подпиши здесь и здесь.

А ручка-то золотая, тяжелая, дорогая... Я пробежал глазами по документу. Типичный трудовой договор. Поставил подпись, выслушал обещание, что подписанный экземпляр доставят на дом вместе с инструкциями, и вышел на улицу.

– Эй, Шуйский! Васек! – окликнул меня женский голос.

Я оглянулся и увидел бабку в темном платье в пол. Она стояла, опираясь двумя руками на деревянную швабру, и укоризненно качала головой.

– Тормознутый ты какой-то, парень, зомбики и те прытью поболею будуть, а ведь таким живчиком был, таким живчиком! Козликом рогатым скакал, девок портил, мужиков пугал. А сейчас... тьфу! Срамота! Видел бы тебя Тркнзлдрух, в своем кувшине бы перевернулся!

– Кто? Эй, бабка!

Я дернулся назад, но старухи уже не было в коридоре, только валялась у стены швабра. Быстро схватил телефон и записал имя, пока не забыл. Тркнзлдрух... язык сломать и мозг высушить.