День кошки

- Перестань, – отмахнулся Влад, но тот его снова прервал.

- И еще, – Орест зашел за ширму и вернулся с тонкой кожаной сумкой в половину писчего листа. – Открой ее, когда придет время.

С сомнением Влад посмотрел на сумку, так похожую на планшет, но не являющуюся им по сути.

- Здесь стоит механизм, – терпеливо пояснил Орест. – Когда придет время, она откроется сама. Твоя задача только заглянуть внутрь.

На языке Влада вертелась тысяча вопросов, но единственное, что он сказал:

- Я сделаю это, если не потеряю ее или если ее не украдут.

- О большем я и не прошу, – обняв своего молодого друга, Орест по-стариковски тяжело залез внутрь камеры криосна и лег на подушку, пока многочисленные кабели и трубки автоматически подсоединялись к его странному костюму. – Приступай.

Коротко кивнув, Влад взялся за рукоять, идущую вдоль всей верхней крышки камеры, как Орест снова приподнял голову над подушкой:

- Это ведь не конец? – спросил он Влада.

Не дождавшись его ответа, Орест откинулся и Влад рывком задвинул крышку камеры, навсегда отрезав Ореста от мира яви и нави.

По направляющим Влад направил камеру в специальную нишу в стене, слыша, как подключаются наружные механизмы и приводится в действие система криосна внутри горы.

Последним шагом оставалось только опустить защитную заслонку в стене.

На секунду он задержался, просто смотря на место упокоения спящего друга и ничего при этом не чувствуя.

Затем решительно нажал на кнопку, навсегда отгородив Ореста от этого мира.

- Нет, – прошептал Влад, – это еще не конец.

Кошка, которая летала сама по себе

Оттянув вниз край нижней губы и повернув голову боком с торчащими наверху кошачьими ушами, Катя внимательно осмотрела свои белые зубки в зеркале напротив. Заметив внимательный взгляд Автора в отражении, она отпустила губу и высунула наружу красный язык.

Автор отвернулся, зато Катя развернулась от зеркала по направлению к нему, оправляя свои синие волосы:

- Что такое? – возмутилась она.

- Я ничего и не говорю, – пожал плечами Автор, все так же не поворачиваясь лицом к Кате.

Отойдя от зеркала в полный человеческий рост, Катя подошла к тарелке, где еще лежало несколько пельменей, слепленных в виде мышек.