Сломанная корона

Зрелище было малоприятное: над развалинами поднявшийся горячий ветер крутил пыльные смерчи, впереди в знойном мареве, словно миражи маячили белые громады башен, а справа и слева от нас, по улицам в какой-нибудь сотне метров вереницами разгуливали вооруженные зомбаки и время от времени поворачивали пустые глазницы в наши стороны. Жуткое соседство, ей-Богу. Я понял, что Крейг боится, и у меня язык бы не повернулся его осудить. Я и сам испытывал страх, и в который уже раз жалел, что повелся на провокацию Салданаха и ввязался в поиски камней из короны.

- Попей, - Крейг протянул мне свою флягу. Воды там было еще меньше, чем в моей, и я отрицательно покачал головой. Раскаленное солнце висело у нас прямо над головами, и я чувствовал себя, как котлета на горячей сковороде. Судя по выражению лица Крейга, мой обожатель тоже изрядно подустал и страдал от жары и жажды.

- Устала, моя радость? – спросил он меня самым заботливым тоном.

- Устала, - ответил я, не глядя на него.

- Хочешь, я понесу тебя на руках, - предложил Крейг.

- Это самая идиотская идея, которую ты только мог придумать, - ответил я, вставая на ноги. – Я в порядке, ноги у меня хожалые, так что топаем дальше.

- А знаешь, - внезапно сказал лансанец, - ты сильно изменилась за прошедшее время, Марика. Стала какой-то другой, более… взрослой. И такой я тебя люблю еще сильнее.

- Джармен, мы, кажется, договорились, что про любовь больше говорить не будем, - я посмотрел вперед, прикинул расстояние до ближайшей башни.

- Марика, а где ты была все это время? – спросил он, когда мы миновали развалины еще одного здания.

- А тебе какая разница? Путешествовала. Побывала в Саграморе, Лансане, Авернуа, Уэссе.

- Еще бы! Многомудрая эльфийская задница, чтоб его. Он ведь был в тебя влюблен, об этом весь факультет судачил.

- И ты ревновал, не так ли?

- Еще как! Я был готов этого пузатого забулдыгу своими руками задушить.

- Не говори о нем при мне плохо, Джармен, иначе мы поссоримся.

- Не буду.