Сломанная корона

А потом, не изменив кретинически-блаженного выражения лица, парень ни с того ни с сего запел песню следующего содержания:

Ночь мой и день,

Ты там, где тень,

Я рядом с тобою

Пройду до конца.

Волос водопад

Я вспомню, твой взгляд,

И голос любви,

Что полнит сердца.

Ночь мой и день,

В час светляков,

Нашу любовь

Я воспою.

Милая, здесь

Твой паладин,

Он повторяет:

«Люблю, люблю…»

- Марика, - спросил я шепотом, глядя на застывшую фигуру с протянутыми ко мне руками, - что происходит?

- Это Джармен Крейг, - всхлипнула вампирша.

- Я уже понял, что это не Джонни Депп. Кто он такой?

- Я не видела его больше двух лет. Это… это мой бывший парень.

- Бывший парень?

- Да. Когда я училась в Корунне…

- Та-а-ак, - протянул я. – Можешь не продолжать.

- Марика! – тараща на меня восхищенные обожающие глаза, воскликнул Крейг. – Как ты здесь оказалась?

Я молчал. Крейг продолжал стоять на коленях и пожирать меня глазами. Марика совсем раскисла, и это было вовсе невероятно.

- Марика, я так счастлив! – Крейг поднял руки к повисшей у нас над головой полной луне. - Благослови небо волков, что напали на нас. Эти волки… это была судьба. Да-да, судьба! Я нашел тебя, радость моя, родная моя, мой светлячок, моя сахарная, моя зубастенькая! Боги, как я без тебя страдал все это время!

- И что мне теперь делать? – шепнул я.

- Не знаю, - Марика была в полной растерянности. – Клянусь, милый, я больше не люблю его.

- Марика! – Крейг все же поднялся с колен и теперь шел ко мне, раскрыв объятия. – Прости, я, наверное, напугал тебя. Но если бы ты знала, если бы ты знала…

- Стоп! – Я уперся ладонью ему в грудь. – Давай обойдемся без нежностей. Что ты здесь делаешь?

- Мы с Роклингом, - Крейг показал на раненого, - ехали в Фиран из Бельруа. Роклинг очень торопился. Дело в том, что его дядюшка скоропостижно скончался, и надо было успеть на похороны.