Сломанная корона

Парни из соседней деревни, посещавшие бар гостиницы по вечерам, увидев меня, начинали улыбаться и строить глазки, хозяйка заведения, полная улыбчивая женщина-лансанка, сразу прониклась ко мне самой горячей симпатией и называла меня не иначе, как «милочка» и «цветочек». Похоже, даже мои клыки и вертикальные зрачки нисколько ее не пугали. Чтобы привыкнуть к своему новому облику, я попросил у хозяйки зеркало, и мой каприз был немедленно исполнен. Я провел перед зеркалом довольно много времени, разглядывая себя, и это параноидальное самоизучение вызывало самые ехидные шуточки Марики.

- Осташов, ты эротоман и фетишист! – заявила она мне. – Я знаю, почему ты это делаешь. Это тебя возбуждает.

- Марика, а как бы ты себя повела, если бы тебя вселили в мужское тело? Вот бы посмотреть.

- Милый, если бы я из красавицы девушки превратилась в кривоногое волосатое и дурно пахнущее существо с волосами на подбородке и грубым голосом, я бы сошла с ума от горя.

- Странно, многие женщины жалеют, что не родились мужчинами.

- Да что ты говоришь! Наверное, ты имеешь в виду тех дурнушек, которые были обделены мужским вниманием? Я не из них, так что я вполне счастлива от того, что я женщина.

- Наверное, и мне придется считать себя счастливым.

- Осташов, ты неблагодарный поросенок. Подумай сам – кто еще может похвастать тем, что побывал и мужчиной, и женщиной? Жизнь дала тебе уникальный шанс, а ты…

- Ну, не скромничай, дорогая, у тебя тоже есть возможность чувствовать в себе мужчину не временами, а постоянно.

- Ненавижу, когда ты говоришь пошлости.

- Я правду говорю. И еще, я никак не могу разобраться, кто я – мужчина или женщина.

- Да? – Марика засмеялась. – Тогда сними рубашку и посмотри еще раз внимательно.

- Ненавижу, когда ты говоришь пошлости.

- Мы друг друга стоим, любимый. Кстати, у меня сошел лак с ногтей. Не пора ли нам заняться маникюром?

- А я вот думаю, не постричься ли мне, - сказал я, убирая с лица упавшие волосы. – Длинные волосы – это, конечно, очень красиво, но ужасно неудобно.

- Ты мне сам говорил в постели, что у меня чудесная шевелюра, и тебе очень нравится зарываться в нее лицом. – Марика помолчала. – А теперь ты хочешь нас изуродовать. Все мужчины жуткие эгоисты и лицемеры.

- А все женщины страдают нарциссизмом.

- Неправильный вывод, дорогой. Не все, только такие красивые, как я. Где наш лак для ногтей?

Я пожал плечами. Не умею я спорить с женщинами, вот хоть ты тресни. И еще, в глубине души я понимал, что Марика права.