Одержимая

Я оглядывалась на него иногда внезапно, и тогда он так же быстро прятался. А потом медленно, и домовой лишь застенчиво отступал, подглядывая из-под спутанной шерсти глазами-бусинками.

- Иди поближе, посмотри, - я похлопала по лавке рядом с собой, но домовой совсем спрятался и больше не показывался. И всё же я сочла это добрым знаком.

- Велизар! – вдруг раздался со двора незнакомый голос.

Я вздрогнула от неожиданности. Анчутка осторожно подошел к окну:

- Да что за проходной двор у нас сегодня?!

- Кто это? – я выглянула во двор из-за беса и посмотрела на пришедшую к воротам женщину.

- Велизар! – снова крикнула она и потянулась к калитке. Калитка поддалась, и женщина вошла внутрь.

- Ты ж сказал, что никто во двор войти не сможет, - прошептала я.

- Никто со злым умыслом, - поправил меня Анчутка. – Это тётка Агафья. Дружны они с Велизаром. Будь осторожна. Ведьма она.

С последними словами бес исчез, будто и не было его. Вот же предатель!

На всякий случай тоже запаниковала. И чего вдруг на мою голову свалилось сразу столько ведьм да ведьмаков? Как будто одного Велизара мне мало было!

Метнулась к печи – где-то там было мое алое платье.

Прилично ли оставаться в одной нижней рубахе или нет? Никто мне не сказал. Но гостья была уже в сенях, переодеться не успею. Исчезнуть бы, как Анчутка. Но я так не умела. Прятаться за печь и ждать, пока она сама уйдет – не вариант.

Заставила себя успокоиться. Тётка Агафья, кем бы она ни была, ничего плохого мне не сделает. К тому же это единственный человек, кроме Велизара, с кем я могу пообщаться.

А значит, бояться мне нечего и не обязательно.

Как воспитанный телевизором человек, вспомнила все виденные фильмы и мультики, соответствующие месту и здешней эпохе. Коса до самой пятой точки у меня есть, платье тоже, показать величавые манеры – и должна сойти за местную. И когда гостья зашла в горницу, я была спокойна и готова ко встрече.

Сама женщина совсем не была похожа на ведьму. И одежда на ней совсем простая – расшитая по краям холщевая рубаха и подпоясанный передником сарафан.

На голове завязанный на затылке платок. Выходит, что мужчины-ведьмаки от других хоть как-то отличались, а в женщине ведьму так сразу и не распознать.

На округлом загорелом лице россыпь морщин, но и старой она еще не была. На вид лет тридцать пять-сорок, не больше. Я знала, что в прежние времена жизнь была тяжелее, и люди старели раньше. Потому точно оценить возраст тётки Агафьи не бралась.