Летняя практика

Бывало, выйдешь ночью...

— Я понял, — перебил некромант, не желая слушать подробные изъяснения селянина о благости утра.

Спать не то, чтобы перехотелось, но желание определённо пропало, и сон, мелькавший где-то в глубине сознания, улетучился. Ловить вурдалака днём не представлялось возможным, тот наверняка залёг в свою нору, расположенную точно не на этом погосте. А потому делать днём Бесу было определённо нечего.

— Идём, с тобой пойду, заодно посторожу, — поднимаясь, сообщил некромант, чем одновременно озадачил и напугал камнетёса.

— А Вы, господин некромант, уверены, что вурдалак не нападёт?

— Нет, — благодушно отозвался тот, и не думая успокаивать струхнувшего камнетёса.

Мужчина шёл меж могил, заглядывая на надписи и отсчитывая валуны. Колени у него заметно тряслись, но деньги, взятые за работу, уже были отданы жене и, следовательно, потрачены. Некромант шёл следом, всунув в рот былинку и едва заметно ухмылялся. Наконец камнетёс нашёл нужный ему валун и присел перед ним, доставая из сумки незамысловатые инструменты.

— Не страшно Вам, господин колдун? — не утерпел мужик, беря в руки инструменты и оглядываясь опасливо по сторонам.

— Страшно, — со вздохом признался Бес. — Но кто-то же должен. Кто, если не мы?

— И то верно...

Работа у места спорилась и вскоре на надгробии проявилась незамысловатая надпись, гласившая следующее: «Сиди и не вылазь!». И чуть ниже: «Зять». Некромант, с интересом, наблюдавший за работой, усмехнулся.

— Не желаете отобедать? Я тут с собой принёс...

— А самогон у тебя есть?

— Есть, — озадачился слегка мужик.

— Давай за знакомство. Меня Бесом зовут.

— А меня Фёдором.

Самогон у камнетёса был ещё хуже, чем у старосты, но чернявый не жаловался. Флягу распили быстро, и уже слегка захмелевший Фёдор предложил:

— Пошли к моему знакомому, у него отменный самогон.

Отказываться некромант не стал, и, когда мужик собрал свои инструменты, они направились куда-то в обход поселения, в сторону леса.

— Лесник он. Один на отшибе живёт, — по пути ведал камнетёс. Некроманту было всё равно, главное занять себя чем-нибудь до вечера.

Домик лесника, как и полагалось, стоял в лесу, окружённый соснами и клёнами. Весь двор был устлан сухой рыжей иглицей и коричневыми вкраплениями шишек. Ограды не было, а дом небольшой и приземистый.