Летняя практика

Такой же тощий некромант поднялся и отправился к своей вдове, которая наверняка его уже заждалась. Брюн тоже не стал задерживаться, опыт с самогоном был поставлен, и алхимик отправился изготавливать новый образец. Ильяс, выполнив свои кашеварские обязанности, спешно удалился, оставив на наивного Ивасия мытьё мисок и котелка. Сольгрей прихлёбывала чай из кружки, но внезапно её взгляд остекленел, уставившись на жидкость в посуде, и девица, взвизгнув не хуже резаного порося, отшвырнула кружку и, не переставая визжать, выбралась из гамака и помчалась в сторону старостиного дома.

— Чего это с ней? — озадаченно поинтересовался Лют. Ивасий пожал плечами и принялся за еду с удвоенным энтузиазмом, уж теперь-то никто у него кашу не отберёт. Боевик же решил сполоснуться перед сном и, прихватив чистую рубаху, отправился к реке.

На берегу сидела русалка, перебирала свои чёрные с зеленцой волосы.

— Здравствуй, добрый молодец, — обратилась она к светловолосому, ласково улыбаясь и склоняя точёную головку к плечу.

— И тебе, — мимоходом отозвался боевик, на ходу стягивая рубашку и штаны. Последними рядом с кучей встали грубой работы сапоги. — Я тут искупнусь, ты не против? — на всякий случай уточнил Лют, памятуя о коварности русалочьего нрава.

Та благосклонно кивнула и продолжила перебирать волосы. Этот парень её не интересовал. Был он прост, и, хоть и чувствовала дева речная в нём долю эльфийской крови, интереса её не вызывал, ибо уж больно норовом и повадками походил на деревенских парней, с которыми русалке уже страсть как надоело якшаться.

Такого и утопить — никакой радости не получишь. Поэтому, когда Лют вышел из воды, русалка всё так же задумчиво перебирала волосы и не думала посягать на его жизнь и тем более честь. Невинный и такой наивный травник нравился ей больше. Жаль, что не согласился он с русалкой остаться. Уж она бы его всему научила. Девица печально вздохнула и, перебросив косу на другую сторону, вновь взялась за гребень.

Некромант возвращался в дом вдовы, опасаясь, что женщина выставит его вон, сочтя не обязательным в выплатах. Но хозяйка его ждала, и стоило ему переступить порог, как та встала и, плавно покачивая покатыми бёдрами, направилась прямиком в его объятья. Не было смысла скрытничать или притворяться. Она знала, что он знает о её желаниях. А он просто прочёл её мысли. Его дар и проклятье, доставшееся от далёких предков — телепатия.