Летняя практика

При взгляде на стоящую перед скотинкой миской со щами, уже не просто кислыми, а откровенно протухшими, становилось ясно от чего. То, что вурдалаки питаются свежим ливером, ну, в худшем случае, мертвечиной, старуха, посадившая его на цепь, явно не знала.

— Не-ет, — протянул задумчиво Бес, опираясь на плетень. Тот заскрипел, покосился и просел ещё сильнее, и некромант поспешно отошёл. — Убивать тебя я не стану. Ты сам скоро от голода окочуришься.

И с этими словами некромант под аккомпанемент вурдалачьего воя, полного отчаянья и злобы, пошёл дальше по улице.

К дому той, которая пустила его на постой. У него осталось ещё незавершённое дело перед этой женщиной. Её мужья умирали, а она хорошела день ото дня. И кто бы мог подумать, что в такой глухой деревеньке на краю границы может встретиться потомок суккуба — демона, питающегося страстью? И хорошо, что женщина лишь потомок, а судя по всему — дальний, иначе Бес умер бы сразу, как её прежние мужья.

Зелье, что просил некромант сварить Брюн, по-прежнему лежало у него за пазухой, только будучи заговорённым, не разбилось и не разлилось.

Женщина не спала. Ждала.

— Вернулся, — сказала она, поворачиваясь от печи. — Я думала — сбежал.

И усмешка, горькая. Видать были прежде и такие, кто, узнав о смертях — сбегали трусливо. Бес не был трусом. Как и обещал, принёс помощь. Молча протянул ей колбу запечатанную.

— Что это? — спросила женщина удивлённо, но колбу взяла, вгляделась в мутную жидкость внутри.

— Выпей.

Она с сомненьем на него взглянула. Уж не отравить ли хочет? Не похоже. Мальчишка был спокоен, даже слишком. А это внушало опасения и такую же веру одновременно.

— И что будет? — решила уточнить, прежде чем рискнуть и хлебнуть колдовского зелья.

— Я точно не знаю, но могу с уверенностью сказать, что твой следующий муж не умрёт.

Обещание было обнадёживающим и казалось шуткой, а вот честное признание в неизвестности состава настораживало.

— Хуже не будет, — добавил некромант и развернулся к выходу.

— Уходишь?

— От тебя зависит — решишься ли ты выпить или нет,— обернувшись на пороге сказал черноглазый.

И женщина решилась. Не мешкая больше, вырвала пробку и, не глядя, прислонила горлышко колбы к губам, зажмурилась, чтоб не передумать при виде этого мерзкого пойла, и выпила залпом, стараясь не задерживать во рту. Некромант стоял здесь же. Как он и полагал, видимых эффектов не произошло, да и не должно было произойти.