Непобедимый эллин

Связь с недоноском была установлена через везде поспевающего Гермеса…

***

- Ну что, по третьей? – осведомился Сын Зевса, с сомнением оглядывая лысую макушку съехавшего под стол Софоклюса.

- Слабоват твой хронист по части выпить оказался, - засмеялся Фол, снова разливая славное вино.

Геракл пощипал бороду и, наклонившись, заглянул под стол.

Вопреки ожиданиям историк не находился в полной отключке. Азартно закусив губу, Софоклюс писал великую историю, а дабы не смущать своим поведением пирующих, благоразумно забрался под стол.

- Трудоголик! – с некоторым порицанием пробурчал Геракл, беря в руку полный до краёв кубок. – Ну что, вздрогнули?..

Гостеприимный Фол не возражал.

***

Тем временем сидящий на высокой пихте Херакл с чёрной завистью наблюдал за грандиозной попойкой, испепеляя взглядом маленький домик добродушного кентавра.

Самозванца так и подмывало устроить пирующим какую-нибудь гадость. Но что он мог им сделать своими то убогими силами?

Силы силами, а умом ненормальный обладал изощрённым, недаром ему так ловко удалось сбежать из психиатрической лечебницы на острове Аргосе.

Зигмундис Фрейдиус небось до сих пор с перевязанной головой ходит. Экспериментатор сатиров! Вот кого (естественно, после Геракла) Херакл с удовольствием собственноручно отправил бы гулять по долине асфодела. Но… нельзя. Всемогущие боги за подобное по его асимметричной лысой голове не погладят и это, в сложившихся обстоятельствах, было самым обидным.

Однако ничто не мешало Хераклу совершить злодеяние чужими руками, вернее, чужими копытами.

Осторожно спустившись с дерева, самозванец зловеще рассмеялся и ещё раз окинув домик пирующих полным праведного гнева взглядом, поспешил через лес в город Псофис, где на небольшом ипподроме тренировались в беге местные кентавры, на которых дурные греки делали очень крупные ставки. Человекообразные кони всегда договаривались между собой и обдирали наивных (и, как правило, здорово пьяных) эллинов до последней нитки.

- Братья, кентавры! – возопил Херакл, явившийся на ипподром к концу последнего тренировочного забега.

Кентавры обернулись.

- Какие мы тебе братья, уродец?!! – недовольно отозвались они. – Ступай попрошайничать в Семивратные Фивы, мы по пятницам убогим не подаём!

«А разве сегодня пятница?», - мысленно удивился самозванец, вспоминая, когда он в последний раз глядел на календарь. Получалось, что ещё во младенчестве, продлившимся чуть более летних суток.