Непобедимый эллин

- Не-е-е-е-т! – истошно завопил Софоклюс, но было поздно.

Со счастливой улыбкой Геракл уже наступил на зловещую мягкую «такую же штучку».

***

Лев, к счастью, оказался небольшим, но жутко настырным.

- Где же я оставил эту сатирову колесницу? – недоумённо вопрошал сын Зевса, перепрыгивая на бегу через острые скалистые выступы.

Софоклюс, сидящий на шее у мчащегося по холму героя, зычно командовал:

- Налево, теперь направо, он не отстает, ещё быстрее…

Похоже, что азартная погоня зверя только развлекала.

Как вскоре выяснилось, особо хищника привлекал болтающийся за спиной Геракла хвост. Лев прыгал, подскакивал и всё норовил схватить зубами весело болтающуюся кисточку, а заодно и вцепится в незащищенный бронёй зад Геракла.

- Учти, друг, - прокричал сверху Софоклюс, - если он тебя цапнет, придётся принимать отвар от бешенства из перезревшего кумквата. У него жуткая побочка – шерсть на ладонях густо вырастает. У меня вот однажды племянник сбесился, после того как его злобная тёща покусала, полгода потом мучился бедолага по лесам прятался от людей.

Сын Зевса благоразумно прибавил скорости.

- Вижу дерево! Кажется это бук! – обрадовано возвестил историк. – Скорее, это наш единственный шанс!

Геракл сделал над собой просто титаническое усилие и, значительно оторвавшись от рычащего преследователя, ловко забрался на дерево, предварительно подсадив ругающегося на чём свет стоит Софоклюса.

Хищник добежал до дерева, когда оба грека уже спокойно сидели на крепкой верхушке.

- Думаешь он обиделся на меня за то, что я наступил ему на хвост? – предположил сын Зевса, глядя на лежащего внизу царя зверей.

- Скорее его привлёк твой… м… м… м… несколько экзотический наряд, - в свою очередь предположил Софоклюс.

- Ну конечно же! – обрадовался Геракл. – Ведь на мне шкура лёвы и внизу тоже вроде как лёва! Гм… думаешь, они родственники?

- Кто?

- Ну, мой лёва и этот.

- Ну, если учитывать, что одного из них ты убил…

- Да в том-то и дело, - покачал головой великий герой, - не убивал я его, а уже дохлого в лесу нашёл.

- А я слышал несколько иную версию, - усмехнулся историк, - нехорошо врать личному хронисту. Вот как раз мне врать дозволяется. А ты, как основной первоисточник, должен всегда говорить только правду и ничего кроме правды. Потом уж я сам решу, что выбрасывать из твоего рассказа, что утаить, а что и вовсе переврать. Короче, лучше оставляй враньё мне, профессионалу.

- Договорились! – грустно кивнул Геракл.