Непобедимый эллин

Но и на этом приключения великого героя в окрестностях города Калидона не окончились.

***

Бегущий следом за золотой колесницей Софоклюс уже было приготовился отдать Танату измученную душу, как вдруг путь боевому экипажу преградила широкая река.

- Могу поклясться пустотами Тартара, что в прошлый раз, когда я ехал этой же дорогой в Калидон, никакой реки тут и в помине не было! - гневно воскликнул Геракл.

- Ну да, ну да, - тяжело дыша захихикал историк, - наверное, за ночь местные бобры построили огромную плотину и повернули речку в иное русло.

- Бобры?!! – сын Зевса задумчиво потирал затылок. – Мерзкие существа. Как известно: убил бобра – спас дерево!

- Верни дощечки, я новый афоризм запишу!!! – тут же гневно потребовал Софоклюс. – Ведь ради тебя стараюсь!

- Обойдёшься.

- Тебе же хуже.

- А что это такое афоризм? – невинно улыбаясь, спросила доселе молчавшая Деянира.

- Афоризм, это на редкость глупейшее выражение, искусно поданное в философски завуалированной форме житейской мудрости! – знающе пояснил посмеивающийся хронист.

- Ну, ты, поговори мне ещё! – рявкнул Геракл, с большим неудовольствием глядя на приближающегося к ним бородатого белого кентавра.

- О, приветствую вас достопочтенные путешественники! – поклонилось копытное, и сын Зевса тут же заподозрил неладное.

Уж больно лошадиная морда у этого кентавра была лукавая, этакая хитрая смесь Софоклюса с Автоликом.

- Какого сатира тебе от нас нужно? – гаркнул герой, да так, что человекообразный конь в испуге отшатнулся.

- Меня зовут Несс, - осторожно ответил кентавр. - За небольшую плату я перевожу путников на своей широкой спине через эту глубокую опасную речку.

«Ишь ты, хитрая бестия!» - подумал Геракл, а вслух произнёс:

- Не ты ли, случайно, подговорил местных бобров изменить русло этой реки?

- Каких бобров? – опешил Несс. – О чём ты, о благородный странник?

- Ладно, проехали, - отмахнулся от непонятливого кентавра сын Зевса. – Что ж, ежели хочешь, то можешь перевезти на другую сторону мою прекрасную невесту Деяниру.

Не знал ведь могучий герой, что коварного Несса подослала не менее коварная Гера, с целью устроить любимому сынуле Зевса очередную подлую пакость.

Но Геракл оказался не робкого десятка, что с триумфом подтверждали его многочисленные подвиги, которых было значительно больше официальных двенадцати.