Король, королевство и молодость в придачу

— Веди, — я последовала за ней. Платье приятно шелестело, туфельки звонко цокали по каменному полу, отдаваясь эхом под высокими сводами.

Я чувствовала себя легкой и свободной, и почти счастливой от ощущения своего здоровья, если бы не давящее чувство быстротечности времени.

И вот, я летящей походкой ворвалась в зал, едва горничная распахнула двери. Лица всех присутствовавших придворных, среди которых было много мужчин, немедленно повернулись ко мне. Приторные улыбки на лицах дам медленно сползли, понижая градус слащавости, царившей в зале.

Сквозь пудру и насурьмленные ресницы остро проглянула извечная женская ревность. Та, которую я считала фрейлиной, ревниво прижалась поближе к королю Тайнуару.

Но король легонько, словно невзначай, вынул руку из ее захвата и указал мне на место неподалеку от себя.

Застывшие взгляды дам словно черные дула орудий были нацелены на меня. Еще бы! Мой легкий и более свежий вид резко контрастировал с тяжелыми и помпезными нарядами, которые от обилия украшений, рюшечек, кисточек выглядели чересчур вычурными.

— Удалось ли отдохнуть, тиасса Антонина? — обратился король ко мне, отпивая из золоченого кубка.

Надо же, какой галантный!

«Где именно? В вашей прекрасной тюрьме?» — хотелось мне съязвить, но я лишь с легким наклоном головы и тонкой улыбкой пропела:

— Несомненно! Сервис у вас выше всяких похвал!

— Ох, я думаю, ты недостаточно отдохнула и потому пришла на обед в ночнушке, — елейный голосок фрейлины раздавался на той раздражающей ноте, которое издает пчела, намереваясь напасть.

— А ты собираешься на войну и потому надела на себя этот непробиваемый панцирь? Да еще и охапку сена на голову для маскировки? — снисходительно спросила я.

Со стороны мужчин послышались смешки.

— Да как ты смеешь? — взвизгнула фрейлина, вскочив. Несмотря на обильную пудру, ее лицо пошло пятнами.

—Помолчи, Фидалина, — равнодушно сказал Тайнуар, отер лоснящиеся от сочного мясного блюда губы и принялся за овощной гарнир.

Фидалина медленно села обратно. Ее, кажется, потрясло то, что король принял не ее сторону. Но фрейлина быстро оправилась и состряпала на лице елейное выражение, которое видимо считала очень привлекательным. Снова прижимаясь к королю, она пыталась вернуть к себе его расположение «незаметными» поглаживаниями по рукаву.