Король, королевство и молодость в придачу

Либо меня поселили в комнату служанок, что маловероятно, либо здешние дамы не имеют привычки сидеть сложа руки.

Мне на глаза попалось большое зеркало в полный рост. Подойдя к нему, я заподозрила, что дам во дворе напугал вовсе воин. Выбивающиеся во все стороны из пучка волосы, висящая одежда из кожи и меха, испачканное лицо — все это так контрастировало с придворной роскошью, что я хмыкнула.

Глава 7. Свет мой, зеркальце, скажи...

Зато с интересом изучила свою обновившуюся фигуру. Кажется, я даже стала выше и стройнее, чем когда-либо в молодости.

Длинные волосы черной упругой волной упали вниз, укутав меня до пояса. Я восхищенно пропустила пряди сквозь пальцы. Гладкий блестящий шелк легко скользнул по коже, оставив ощущение прохлады.

Я смотрела в отражение и не верила, что это я. Потому что это было настолько чудесно, что хотелось плакать. Впервые за много лет.

Глазам вернулась былая глубина и зоркость. Да я же теперь все прекрасно вижу! Как я этого сразу не заметила?

Как во сне я проследовала в ванную.

Там, скинув опостылевшую одежду, пропахшую потом и животными, я блаженно погрузилась в пенистую теплую воду. Как хорошо, что краны были такие же как у нас.

Но долго нежиться не было времени. Мало ли, сколько у них длится час. Потому я отмылась, благо, тут было много разнокалиберных кувшинчиков с мылом, завернулась в длинное полотенце и прошлепала в спальню.

Подойдя к зеркалу, я покачала головой. Теперь, по освежившейся после ванны коже лица было видно, насколько я омолодилась. Мне было лет двадцать пять, не больше.

Тут краем глаза я заметила на кровати за тонким балдахином нечто громадное, косматое и вздрогнула. Схватив кочергу, лежавшую у камина, я попятилась к двери, не сводя глаз с очертаний странной фигуры. Лишь когда я уперлась спиной в древесину косяка, моим глазам открылся вид на кровать.

Увидев предмет моего испуга, я издала короткий смешок и даже оглянулась вокруг, не видел ли кто моего позорного поведения.

То, что я приняла за мохнатое чудище оказалось длинным пышным платьем, из желто-коричневой парчи. Многослойной была не только юбка, но и рукава. Тяжелый лиф был простеган квадратиками, что вызвало у меня стойкие ассоциации с фуфайкой, в которой я ходила на ферму.

Размер и вес платья вызвал у меня еще большее замешательство.