Стать собой

- Она врёт, - к нам спешил крепкий мужичок, невысокого роста. – Ещё вчера мы получили известие о том, что твари по ту сторону хребта. За такое время они не смогли бы оказаться здесь, тем более, вдоль всего хребта патрули.

Людей, заинтересовавшихся нашим разговором, становилось всё больше, но я не видела среди них мужчин, способных защитить эту деревеньку: подходили женщины, дети и дряхлые старики.

- Я не вру, - возразила спокойным голосом, хотя раздражение нарастало, словно снежный ком. – Они близко. Если ничего не предпринять, то к вечеру в деревне не останется никого.

Можете мне не верить, но укройте, хотя бы женщин и детей. Если через несколько часов волколаки не появятся, я обещаю извиниться перед каждым из вас. Но они появятся, и все кто будет в это время на улице, погибнут. Ваши хлипкие двери на домах тоже не помогут. Почему вы не хотите меня послушать? Ведь лучше отсидеть некоторое время за крепкими стенами, чем сожалеть о не сделанном.

- Она врёт, врёт – кричал мужичок, так, что слюна брызгала во все стороны, - мы должны и дальше заниматься своими делами, а не идти на поводу у сопливой девчонки, у которой молоко на губах не обсохло.

Кто бы находясь в здравом уме, послал её с поручением?

- Успокойся Ракар, не думаю, что она врёт, а вот твоё поведение мне не понятно. Чего ты так разошёлся? – прикрикнул старик, - созывай всех, и поднимайтесь в храм богини. Там крепкие двери и каменные стены, тем более, давно мы не возносили молитв нашей создательнице. Сделаем оба дела сразу – и укроемся, на всякий случай, и помолимся.

- Вот увидишь Васил, мы только время зря потратим, - сжав кулаки и скрипя зубами, проворчал Ракар.

- Вот и посмотрим – кто окажется прав, - пробормотал старик.

Через некоторое время я смотрела, как вереница людей поднимается по тропинке в горы, благо идти было недалеко. Беспокоиться начала, когда последние детки, подгоняемые взрослыми, тихонько переговариваясь между собой, прошли мимо, с любопытством поглядывая в мою сторону, но, знакомой девочки, среди них не было.

- Рози, детка поторопись, - услышала метрах в двадцати недовольный женский голос. – Наказание, а не ребёнок. Взвалил братец на меня обузу, уже сто раз пожалела, что согласилась. Стой, ты куда?

Я обернулась, и в тот же миг сердце замерло в груди от ужаса. По деревенской улице, в направлении леса, бежал щенок с оттопыренными ушами, а за ним вдогонку девчушка. Рванув за ними, что было сил, я прокричала женщине, чтоб она уходила.