Мурр. Книга 3

- Ага! – радостно возгласил король, – Оживает! Вот мы её сейчас!..

С этими словами он раскрыл огромную пасть и деловито принялся выдёргивать зубы из углов акульего рта.

- Чтобы не перекусила! – пояснил он мне.

Зрелище, конечно, не для слабонервных. С другой стороны, акулы – не люди. У них зубы постоянно растут. По шесть и более рядов! Нарастают из глубины рта и, по мере роста, выдвигаются ближе к краю. Пока не выпадут совсем из бездонной акульей пасти. А к этому времени уже другие ряды сформировались.

Король тем временем взгромоздился на спину хищнице.

И я обратила внимание, как ловко он подобрал себе акулу. По росту! Длина акулы была и впрямь, метра три-четыре, а вот толщина – как раз, чтобы королю было удобно её ногами обхватить. О! Он её уже и взнуздать успел!

- Садись, – похлопал король по спине акулы позади себя, между собой и акульим плавником, – Скоро очнётся, лошадка!

Акула и впрямь, снова трепыхнулась, потихоньку приходя в себя. Я, прижимая к себе котёнка одной рукой, второй машинально ухватилась за спинной плавник, чтобы половчее усесться, и не успела.

Акула рванула, как будто ей из катапульты стрельнули! И я затрепыхалась, как ниточка на ветру, ухватившись за плавник.

- Куда? – рявкнул король на акулу, – Тпру!!! Тпру, тебе говорят, скотина!!!

Акула не слушала. Акула неслась куда глаза глядят. Не разбирая дороги. Хотя, какие дороги в глубине океана?

- Ах, ты ж тупая тварь! – разозлился король и стиснул акулу коленями. Сильно.

Теперь акула заметалась по всем направлениям.

То она изгибалась дугой, то стремительно меняла направление, то дёргалась, как в параличе.

- Никогда не приходилось диких лошадей укрощать? – невозмутимо поинтересовался король, поворачивая голову ко мне.

- Н-н-н-нет!!! – умудрилась выговорить я, клацая зубами. Ибо акула мотала меня не по-детски.

- Ну, всё когда-то случается впервые! – философски заметил его величество, стискивая акулу ещё сильнее.

Не знаю, может, акула обессилела от боли, зажатая богатырскими коленями, или просто король своими пятками ей жабры перекрыл, и она опять от недостатка кислорода в полуобморочное состояние пришла, но акула перестала биться так сильно.

И его величество собственноручно поймал меня могучей дланью и усадил позади себя.

- Задушишь!!! – прохрипел Горюн у меня под мышкой.

Ох, ты ж! Я с перепугу так сильно прижала к себе котёнка, что и впрямь, чуть не придушила.

- Не задушу, – весело ответил король, принимая слова котёнка на свой счёт, – Я же вполсилы.