Мурр. Книга 3

На моей памяти, это единственный случай, когда наступавшие вынудили оборонявшихся дать бой не на том поле, где хотели бы оборонявшиеся. Я имею в виду, первый бой.

Горюн с любопытсвом смотрел со шкафа на Романа Викентьевича. Не знаю, что он понимал своими кошачьими мозгами, но слушал не отрываясь.

- Вот видишь! – укорила я Кольцова, – Тут ещё думать и думать, а ты «пошли!». У нас преимущество в том, что мы можем собраться в любое время в любом месте. Кто отличит нашего боевого гнома от обычного рудокопа? Кто разберётся, летит фея к месту будущей битвы или лечить больного телёнка? Значит, мы можем опередить врага?

- Нет! – припечатал Роман Викентьевич, – Повторяю для тугодумов: это можно было бы провернуть, будь то поход.

Когда счёт воинам идёт на единицы. А когда на войну идут тысячи гномов, в касках и с боевыми топорами, никто их за рудокопов не примет! И тысячи фей не могут лететь лечить одного телёнка. И тысячи гоблинов, в доспехах и с копьями, никто не примет за группу финансистов, желающих отпраздновать открытие нового банка. Нет и нет!

- Мне надо об этом серьёзно подумать! – заявила я.

- Вот по пути и подумаешь! – отрубил профессор Кольцов.

Глава 3

- Сдаёшься? – в который раз предложил Гарик.

Сегодня – вы только подумайте! – он покинул своё любимое кресло-качалку. Сейчас он сидел за столом и рубился с Фунтиком в «чапаевцев». Положение Фунтика, признаться, было безнадёжным. Гарик прошёл уже и «пехотинцев», и «матросов», а теперь уверенно шёл на середине доски с «броневиками».

Футник же, если и сдвигался когда на пару клеток вперёд, позже был вынужден отступить под ударами врага.

- Русские не сдаются! – хмуро пробормотал он.

- Тогда получите! – ухмыльнулся Гарик, и щёлк-щёлк-щёлк, ловко расстрелял пехотинцев Фунтика, – Без потерь! Иду через одну клеточку!

- Ах, так? – не выдержал нервного напряжения Фунтик, – Тогда … землетрясение!!!

И сильно потряс шахматную доску. Но, если он думал вывести Гарика из равновесия, то он просчитался. Гарик словно ждал этого.

Он улыбнулся и тут же принялся набивать трубку табаком. Фунтик протяжно застонал. Очень театрально.

- Ладно, порезвились, пора и делом заниматься! – чиркнул зажигалкой Гарик, не обращая ни малейшего внимания на показательные стоны Фунтика, – Готов? Пиши: «Глава третья»!

Глава третья.

Дозволяется при встрече с начальством вежливыми

и почтительными телодвижениями выражать испытываемое

при сём удовольствие.

Михаил Салтыков-Щедрин.