Настоящая таможенная ведьма

Мама промолчала, ничего не ответив папе и ожидая моих слов. А что я могла сказать. Знаю, что ждут, почти год их не видела, а все деньги потратила папе на подарок, по глупости, но так хотелось его порадовать. Порадовала вот…

– Мам, тут девочки с работы и я… я с ними, я…

Ответом мне была тишина.

– Прости, пожалуйста, – прошептала, чувствуя, как слезы душат.

– Ничего, Арина, я все понимаю, в коллективе отношения налаживать нужно, – ровно ответила мама.

А я поняла – обиделась.

И вдруг в двери позвонили.

– Видимо пришли уже», – сказала мама. – Счастливого нового года, доченька.

А в дверь продолжали, продолжали, и продолжали настойчиво звонить. Потом еще и стучать начали.

Вытирая слезы, поднялась, провернула ключ в замке открыла двери и увидела Эльвиру. Эффектная брюнетка в облегающем блестящем платье, которую все жильцы поголовно считали элитной, но не пойманной проституткой, выглядела немногим лучше меня – глаза красные, туш потеками изображает эффектные черные круги под глазами, губы искусаны.

– Что, тоже рыдаешь? – всхлипнув, спросила она.

– Да так, получилось, – ответила, вытирая ладонью мокрые щеки.

– Знаю я, как у тебя получилось, – криво усмехнулась соседка, – видать премиальные не выдали, вот ты и не умчалась в свой мухоморник, теперь всю ночь рыдать будешь.

Застыв на миг, переспросила:

– Откуда ты…

Демонстративно пожав плечами, Эльвира вскинула подбородок и с вызовом ответила:

– А я ведьма.

И тут же вдруг сникла, привалившись плечом к дверному косяку и с тоской глядя на меня, попросила:

– Помоги мне, пожалуйста. Я никого в жизни не любила так, как его… мне просто некого в этом проклятом приемнике оставить, понимаешь? Я тебе заплачу, Арина, сколько скажешь, хочешь сто тысяч? За одну бессонную ночь, Арин. Там и делать то особо нечего – кто пришел записала имя и время, кто вернулся отмечаешь плюсиком, не пришел – минус.

Я стояла растерянная, даже не зная, как на это все реагировать. Но за спиной была холодная пустая квартира, и холодильник, в котором ничего бы к праздничному столу не нашлось бы – я уехать планировала, а впереди…

– Сто пятьдесят тысяч, Ариш, – с мольбой глядя на меня, повысила ставки Эльвира.