Виршеплет из Фиорены

Наконец, поставив бокал на стол, он резко поднялся и спросил:

– Ты готов к дороге, виршеплет?

– Да, но… – была не была, сейчас или никогда! – Я…

Но маг, недослушав, подхватил свою котомку с посохом, и бросил:

– Жду тебя на улице. – И скрылся из залы.

Твою мать! Сбежать? А как? Это же ойкумена! Глыба в двадцать километров в поперечнике, куда тут убежишь?!

Я уныло поплелся за своими шмотками. Мой вчерашний костюм, еще влажноватый, был аккуратно сложен на кровати.

Было уже далеко за полдень, когда вслед за широко шагающим магом, я оказался за стеной.

За воротами стояли помятые, непривычно трезвые стражники. Сияло железо, топорщились усы, а в небо тычили наконечники алебард. Невдалеке нас поджидал Ксадар собственной персоной.

Выглядел он неважно. Красные от недосыпа глаза, пропитанная кровью, не поменянная повязка на голове, грязная, в разводах, кираса.

– Что-то ты, дружище, выглядишь так себе, – не без злорадства улыбнулся я ему.

– Ты как будто лучше… – кисло парировал шериф. – Мессир Сервиндейл.

– Сир фо Порто, – коротко кивнул маг в ответ на кивок шерифа.

– Мессир, позвольте попрощаться с моим другом.

– Конечно, сир, извольте.

Маг отошел шагов на двадцать и стал с глубокомысленным интересом разглядывать скалистые холмы на севере.

– Ксадар, твою мать, что за хрень творится? Старый пер… граф что, хочет отдать меня в руки этого треклятого мессира? – я стер улыбку и сразу взял быка за рога. Такое ощущение, что всех устраивает то, что меня забирают к бесам на край мира! И никто даже не подумал узнать мое мнение на этот счет!

– Граф пьет. Никого не желает видеть. Сир Далтон утром имел беседу с мессиром Сервиндейлом, и, похоже, не против того, чтобы ты отбыл вместе с ним.

– Да хрен с ним, с Роном! – прошипел я и увидел тень неодобрения в усталых глазах Ксадара. Ядрена вошь, ну и хрен с ним! С неодобрением. Чихать я хотел на то, жив этот высокомерный ублюдок или кормит червей. Меня намного больше волновал другой вопрос, о котором я моему другу и заявил.