Виршеплет из Фиорены

Один хрен, зачем это нужно скромному виршеплету Аске Фиорентийскому?

И, кстати, а как это «все» может закончиться? Длинный маг найдет сердитого хозяина твари и сделает в нем пару дырок? Или этот бесов маг из кристалла… да, а вот, что нужно сердитому господину еще, кроме смерти Наследника?

Твою мать! Аска, долбанный ты идиот, а если сердитому господину нужен еще труп графа? Или еще кого? Например, твой?! Зачем? А Ушедшие его знают!

Валить! Валить как можно скорее! А как можно быстро свалить? Естественно сесть на корабль и улететь туда, куда собственно и собирался!

А значит, немедля поворачиваем свои оглобли на дорогу до Сантана.

 

Но «немедленно» оглобли я не повернул. Первым делом я отыскал оружейную лавку, расположившуюся на дальнем конце Длинной улицы, что опоясывала Базел вдоль остатков стен, давно уже скрытых застройкой. Честно говоря, не припоминаю, чтоб я вообще когда-нибудь ее посещал. Сталь никогда меня не интересовала, единственный кинжал, который я имел, помнится, вручил мне дядька Джод, перед моим отбытием в Белую Цитадель, мол «молодому дворянину не пристало появляться на людях без оружья».

Из уст дядьки Джода это звучало смешно, ибо, если уж кто и более далек от кровавых игрищ, чем он, то, наверное, только моя нянька Сента. Но тот кинжал был по-настоящему отпадным. Инструктированные драгоценными камнями ножны, искусная вязь гравировки… Спорю на мои уши, что ему он достался от одного из гостей его питейного дома. Таскал я кинжал редко, но он мне по-настоящему нравился, и поэтому проиграл в карты я его только на третьем курсе.

Держателя лавки я не знал – толстый продавец в ответ на запрос, скептически оглядел мою фигуру и продал мне недлинный, с массивным набалдашником, квилон, за семь серебряных, еще за три я приобрел крепкий кожаный ремень. С тяжелым кинжалом на поясе я сразу почувствовал себя уверенней.

Но когда я себя оглядел – какой ужас, о печень орка! Ремень с бесовым кинжалом совершенно не шел к моему «континентальному» стилю! Кожаные, окованные сталью, ножны, больше подошедшие какому-нибудь гному в вареной коже, тяжело били по бедру и совершенно нелепо смотрелись на фоне моего бледно-зеленого пурпуэна! Промучившись этой мыслью примерно метров пятьдесят пути, я вернулся в лавку и, доплатив, обменял квилон на эльфийский басселард, поклявшись Ушедшими при первой возможности взамен этого страхолюдного кожаного пояса приобрести что-нить более подходящее.