В конце времен

Оставшиеся целыми и невредимыми коршуны летали вокруг да около, но атаковать не пытались: понимая, что троица оказалась крепким орешком, и чтобы победить ее, придется приложить немало усилий. Кащей нацелился на них. – Значит, нет? Зря, я только-только вошел во вкус!

Коршуны бросились врассыпную и, развернувшись по большой кривой, налетели на Кащея со всех сторон.

Кащей открыл безжалостный огонь, не давая ни одному из атакующих приблизиться ближе, чем на два метра. И пока коршуны догадались отлететь в недосягаемое для выстрелов место, в живых осталось около десятка птиц.

Остальных зверски разметало на части, как и их сородичей, и неторопливо засыпало опускающимися по замысловатой траектории перышками.

Кащей нацелился на вожака, но услышал звуки горна, сопровождающегося лаем собак, и увидел, как на дороге появился большой вооруженный отряд всадников. Три флага вишневого цвета развевались на ветру, горнисты трубили нечто боевое, а собаки, бежавшие впереди, с громким лаем набросились на убитых и полуживых птиц, стали грызть, глотать и вырывать их друг у друга, не желая делиться добычей со своими собратьями.

- Нас спасут, или добьют? – советник задал себе вопрос, интересующий всех присутствующих в комнате.

Всадники остановились перед зданием, и, если бы не лай собачьей своры, насмерть схватившейся за добычу, наступила бы полная тишина. Вперед выехал человек с собольей шапке и хлестанул плетью по собакам. Здоровяк из толпы грозно гаркнул, собаки перестали грызться и вернулись к хозяевам, унося с собой и поспешно заглатывая на ходу прихваченные с собой куски мяса.

- Не уверен! – расплывчато ответил Кащей.

- В чем? – не сообразил советник.

- В том, что ты сказал.

- Хочешь сказать, что нас не убьют, но и не спасут?

- Угадал. Но и это бабушка надвое сказала.

- Не хочу в плен! – категорично заявил царевич. – Мне и так хорошо.

- Тогда будем биться до последнего! – сказал Кащей. – Последним назначаю вон того человека в собольей шапочке. Пижон: в такое время, и в шапке ходить! Мозги расплавятся!

- Или засохнут и покроются морщинами, - добавил царевич.

Кащей изумленно приподняло брови: Доминик и сам не понял, что только что сказал. Но сказал он оригинальную вещь, после которой стало ясно, почему многие люди даже в жару ходили в шапочках и с париками: надеялись, что из-за жары в усыхающих мозгах появятся лишние извилины, и мысли станут чуточку – или не чуточку – умнее.

Вожак-коршун плавно опустился и сел на плечо хлестнувшего собак человека.