В конце времен

Ксенофонт молча вытянул удостоверение и поднес его к носу разгоряченного пешехода.

Руки застыли на полпути и опустились.

- А, ну так бы сразу и говорили, господин главный агент, что видите меня насквозь! Все понял, спорить не буду, вам виднее – тормоз я или ускоритель. Я могу идти?

- Идите!

Пешеход на всякий случай козырнул, приложив руку к пустой голове и, изменив направление движения на противоположное, торопливо скрылся среди деревьев дворцового парка.

Ксенофонт посмотрел ему вслед, недовольно покачал головой и направился писать завещание – простая формальность, советник его, конечно, не убьет, но потреплет основательно.

Дверь в кабинет советника Логвина была, как обычно, открыта настежь, а сам советник с традиционной ненавистью в глазах смотрел на портрет своего предшественника. Рядом с портретом висела круглая дощечка с шестью кругами разного диаметра, а в самом центре, где было написано «сто баллов», торчал вонзившийся метательный нож.

Ксенофонт напрягся: раньше ничего подобного в кабинете советника не висело, и это значило, что в последнее время он стал очень недоволен существующим порядком вещей.

- Можно войти? – кротким голосом спросил он, встав перед столом, за которым сидел советник.

- Входи, коль вошел! – разрешил Логвин, так и не поняв, какую шутку только что сказал. – Докладывай обстановку, и не нервируй меня понапрасну.

- А по делу можно нервировать? – заранее уточнил Ксенофонт.

- Нежелательно, но если очень хочется, то можно. Но учти, что за последствия я не ручаюсь! – советник сжал метательный нож так, что побелели пальцы, и с силой швырнул его в дощечку. Нож глубоко вонзился в дерево рядом с первым ножом.

- Может быть, мне стоит зайти попозже? – осторожно начал отступать к выходу Ксенофонт, - И вам будет легче, и мне спокойнее.

- Нет уж, коль вошел, то говори, обратной дороги нет! – отрезал советник.

Ксенофонт задумался над ответом.

«Ну, почему, - думал он, - советник обожает ставить вопросы ребром? Ведь отлично знает, что они выйдут ему боком!»

Ответить так, чтобы следующий нож, который советник уже нетерпеливо вертел в руках, полетел все-таки в дощечку, а не в отвечающего, было довольно сложно. Советник ждал, но терпения у него катастрофически не хватало.