Дверь 2. Камень крови.

Одно дело, когда враг идет на приступ, и поставить весь этот сброд на стены, другое, когда какой-то олень просрал снарягу и требует его одеть и обуть для совершения священной и кровавой беспощадной мсти. И где его потом искать, после отмщения? Или что делать, если он опять прилетит на респ? Еще один комплект доспехов выдать? А они, чай, не бесплатные.

Короче, пока, кроме розлива вина и жидкого супа всем желающим, в другой благотворительности местные замечены не были.

Наконец, к толпе вышел кто-то из офицеров, кажется, как раз командир конкретно этой башни и сообщил, что к воротам подошел отряд игроков, разбивший агров, что сейчас эти ворота откроют, и те, кто захочет, могут покинуть храм.

Новость была встречена умеренным ликованием, и народ потянулся к воротам, уплотняясь в сужающемся проходе.

Еще через минуту застучали цепи опускаемого подъемного моста, решетка медленно поползла вверх, с основных ворот сняли засовы, и они медленно распахнулись.

Я, было, подался за основной массой игроков, устремившейся на волю, но Эл поймал меня за руку.

– Ждем. Выйдем последними. Прямо перед закрытием ворот.

– Хорошо. – пожал я плечами.

Толпа игроковмедленно втягивалась в арку ворот, наполняя собой площадку оказавшегося за ними барбакана.* (Барбакан – небольшое укрепление, пристроенное снаружи к воротной башне и прикрывающее ее от возможности прямого штурма с использованием тарана и др. машин.)

Я уже забеспокоился, опасаясь, что сейчас башню опять запрути только потом откроют барбакан, чтоб выпустить всех.

Двор почти опустел. Из прохода, ведущего к респу продолжали выбегать игроки, узнавшие об открытии ворот с запозданиеми торопившиеся на выход, но их поток слабел на глазах и вскоре усох до состояния жалкого ручейка, а потом и вовсе иссяк.

– Двинулись к воротам. – скомандовал Эл. – Но пока не выходим.

Дойдя до арки, мы встали чуть в стороне, возле лестницы, ведущей на стенуи стали дожидаться, пока двор опустеет, чтоб выйти одними из последних.

Наконец, этот момент настал, и мы уже собрались было двинуть вперед, но теперь уже Эла придержал я.

– Смотри-ка! Это не наш Олаф, часом бредет?

– Где?

– Да вон же!

– Слушай, точно Олаф! Ты гляди, выжил! Фартовый видать, бродяга! Позови его.

– Олаф! Олаф! Иди сюда! – позвал его я.

Олафзавертел по сторонам головойи, наконец, заметив нас, неуверенной походкой направился в нашу сторону.

– О! Береза! Дубогрыз! Ээээ… Гроз?...