Нейтрально-враждебный. Книга третья: Дикие земли

- К вечеру дойдем, госпожа, - трусливо втянув голову в плечи, ответила пленница.

- Госпожа! - самодовольно кивнула Злюка. - Давно бы так. От вас, хамов ушастых, уважения добьешься только силой. Да, властелин?

- Не знаю, - буркнул Стасик. - По-моему, это не уважение, а страх. За что им нас уважать?

- Думаешь, не за что?

Злюка догнала Феромона, схватила его за плечо, развернула к себе и прямо спросила:

- Ты меня уважаешь?

- Уважаю, госпожа, - пискнул тот.

- Видал! - светясь от счастья, сообщила Злюка Стасику.

- Ага, конечно.

Он покосился на Эларию. Та, поймав на себе взгляд грозного властелина, быстро выпалила:

- Я безмерно уважаю вас, владыка тьмы, господин преисподней и повелитель демонов.

- Сказал же - не буду я тебя бить! - устало, в тридцатый раз за день, повторил Стасик.

Но он отлично видел, что Элария ему не верит.

- Эй, лопоухий, - обратилась Злюка к Феромону, - ваш источник охраняют?

Несчастный сломленный эльф просто не смог соврать. Он хотел.

- Нет, - выдавил он из себя. – Источник жизни – великая святыня. Там нет места насилию в любой его форме. Ни один эльф не осмелится войти на святую землю с оружием.

- А не заливаешь ли ты, ушлепок? – подозрительно поглядывая на пленника, спросила Злюка. – Вы, эльфы, известные лжецы. Вон как нас обманули. Завели в ловушку, на погибель верную.

- Это правда, - сквозь зубы процедил Феромон. – В святилище живут несколько жрецов. Но они безобидны.

Злюка похлопала Феромона по плечу и заявила:

- Обожаю пацифистов.

Стасик предпочел отмолчаться. Если бы не крайняя нужда, он бы ни в жизнь не пошел к этому источнику. Но Стасик боялся за себя. Боялся, что в любой момент может просто растечься в лужицу слизи. Если этот источник поможет ему выжить, нужно рискнуть. Эльфов, конечно, жалко. Стасик предпочел бы договориться с ними полюбовно. Но это едва ли возможно. Значит, придется идти путем темного властелина - шагать к цели, топча все и всех на своем пути.

Глава 13

Стасик вертел головой, изумленно глядя по сторонам. Они брели меж чудовищно огромных деревьев, настоящих великанов леса. Все, что они видели прежде, казалось молодой порослью на фоне сих эпических исполинов. Даже секвойи, и те затерялись бы здесь.