За тридевять земель

Василиса вопросительно посмотрела на приятелей: Григорий терпеливо ждал её решения, а Инга уже вытаскивала из сумочки крошечный зонтик.

Анатоль, как истинный лидер, оказался прав: как только однокурсники двинулись следом, ветер послушно стих, а небо вроде бы даже слегка посветлело. Правда, покорности погоде хватило на несколько минут: как предупреждение, вдоль улицы промчался колючий порыв ветра с водяной пылью и загнал компанию под провисшую от влаги и слегка перекосившуюся полосатую маркизу над огромной витриной.

Анатоль прижался к стене, брезгливо, как кот, подбирая ноги от долетающих брызг, и в обсуждении дальнейших планов участия не принял. Какая разница, кино или кафе, если собирались в парке погулять... Планы-то нарушились, а он этого не выносил.

Григорий оглянулся на аляповатую вывеску:

— О как, «Сказка-тур». Надо же, здесь теперь турагентство. А на прошлой неделе вроде бы магазин был.

— И что? — злобно отозвался Анатоль. — Через неделю будут цветы, а через месяц — похоронная контора.

Василиса мечтательно пробормотала:

— А через два года — адвокатское бюро «Васильева и партнёры».

Анатоль насмешливо предложил:

— Тогда уже полностью напиши — адвокат Васильева Василиса Васильевна. Сразу клиенты повалят на такое чудо посмотреть. И чем твои родители только думали, когда так тебя обзывали.

— Да кто их знает, — привычно отозвалась девушка.

В детстве Василиса над мотивами родителей особенно не задумывалась, хотя и в детском саду, и в школе её поддразнивали, когда — безобидно, а когда — не очень. А теперь уже и спрашивать как-то не с руки: мама благополучно обитала в Швейцарии с новым мужем, отец — во Вьетнаме с новой женой, и о совместной ошибке молодости оба вспоминать не любили. Так что общение ограничивалось взаимными поздравлениями с Новым Годом и днями рождения.

Правда, иногда непонятно откуда взявшиеся люди передавали Василисе странные суммы денег. Вот только сегодня утром почти не говорящий по-русски иностранец вызвонил её на встречу к метро и молча всунул мятый запечатанный конверт. Внутри обнаружились девяносто семь евро и три непонятные монетки. Никакой записки к деньгам не прилагалось.