Приключения где угодно

Ты знать, что такое харизма? Твоя харизма? Твоя бояться харизма?

— Кто вы такие, парни? — спрашивает модник.

— Мы хотеть харизма. Нам было видение, где мы стать харизма. Харизматичными людями. Мы строить машина времени.

В кадре ненадолго показывают коробку, выложенную из веток, с камнем наверху. Вид на коробку сверху. На камень светит солнце, камень бросает тень, показывая время.

— Мы строить машина времени и похищать нашего модника, чтобы стать харизма.

— Ясно. Тогда учитесь быстрее, мне надо успеть получить свой следующий журнал мод.

Дикари отрабатывают походку с модником, получается нелепо. Дикари надевают модные одежды, но рвут их. Дикари пытаются сходить в салон красоты, но салон красоты откроют только через несколько сотен тысяч лет, поэтому очередь занимать даже нет смысла.

— У меня ничего не выходит! — кричит модник эмоционально крупным планом, из его глаза падает слеза. — У меня не получается сделать вас модниками.

— Не грусти, — отвечает дикарь в платье, сидя у модника на коленях.

Кадр сменяется. На сером бархатном фоне с ярким белым акцентом в виде размашистого штриха кистью появляются стильные мужские наручные механические часы.

Слоган: Часы Харизма, это не просто часы, это вклад в чувство стиля ваших потомков.

Зал для интервью. Два стула друг напротив друга. В обоих сидит девятихвостый лис OvO.

— Это моя лучшая реклама, — сказал OvО себе же. — Мне очень понравилось над ней работать. Идея пришла несколько дней назад, а вот воплощение оказалось внезапным.

— Я боюсь, что мы уже не снимем рекламы лучше.

— Может быть и снимем.

— Давай узнаем.

— Давай уже пойдем в Чхонджу.

— Куда?

— В Чхонджу! — один из OvO становится WoW, — давай уже пойдем!

OvO приходит в себя.

— Прости, — сказал я.

— У тебя просто все симптомы духа на лице. Но я, твоя верная спутница, человек, помогу тебе не увлечься и не растеряться. Ты достигнешь цели, станешь бессмертным. Кстати, мог бы ты напомнить еще раз, что это значит?

— Я стану тоньше идей, поэтому они перестанут иметь надо мной такую силу. Я буду сам решать, чем мне увлекаться, и все будет под контролем.

— А что еще изменится?

— Я стану тоньше жизни, смерти, и бытия.