Принцесса любой ценой

А тот и рад бы остановиться, да куда ж там... Такая скорость... Долгим был тормозной путь прынца по камешкам мелким устлавшим дороженьку, пока не остановил его детина лихой. Видно знал он стойку правильную, что не сдвинулся и на миллиметр, от удара прынценного, нанесенного лицом о кулак его выставленный.

Упало тельце прынцевское хрупкое, по сравнению с детинушкой, что рядом стояло, наземь не мягкую, от камней колючую, к ножищам громадным в старые сапоги упрятанным. Подхватил детинушка бессознательное тельце за грудки, да встряхнув его от пыли, будто коврик подножный, перекинул через плечо и отправился к батьке своему по делам чёрным.

Долго ли, скоро ли, пришёл в себя прынц в по'дполе тёмном. Повязан по рукам и ногам верёвкой грубой конопляной. Затянутой сильно туго на светлых ручках, врезаясь больно в нежную кожу. Сверху шум и смех доносились, но сквозь щели в полу плохо что видно было, лишь тусклый свет от лучины пробирался украдкой.

Попробовал пошевелиться прынц, да лицом в дрянь не приятную, паутиной зовущейся попал, что облепила нитями тонкими лик его.

Запаниковал прынц, став дёргаться, словно червь на крючке пуще прежнего, да мычать в тряпку вонючую, коей рот его обвязан был.

Раздался тогда скрежет табурета по полу деревянному, послышались шаги тяжёлые, а следом и раскрылась дверца в по'дпол, дав возможность свету проникнуть вниз и явить взору мужика виду бандитского, прынца перепуганного, в паутине вымазанного да дерьмом мышиным облепленного.

-Очухался? Молодец. Полежи тут ещё немного, Батька скоро явится, а там и решим что дальше делать будем.

– проговорил прокуренным голосом мужик и захлопнул люк, проскрежетав затвором.

В углу что-то зашуршало. Прынц в панике уселся на опору свою, что неприятности притянуло и начал думу тяжкую думать. Как выбраться отсюда, да что предложить взамен долга и своей жизни.

Долго думал, пока не раскрылась вновь дверца заветная, явив снова детину знакомую, что подхватил тело прынцевское, на суповой набор по весу похожее, за шиворот, да вытянул его одним движением руки лёгким.

А стряхнув от чёрных зёрен, что некогда мышами были по всему подполью разбросаны и сейчас на прынце налеплены, усадил того на лавку низкую, перед столом массивными, за которым сидел высохший мужичек с проплешиной.

-Здравствуй, дорогой мой гость! Сколько лун тебя не видел, а ведь обещал, что сам явишься, как только месяц лик свой полный покажет. Ох и не хорошо, что вы, ваше высочество, слово, своими же устами данное, в почете не держите.