Система стратегии: Лорды тоже люди. Том 2

Стараясь шагать по ковру из листьев бесшумно и вслушиваясь в каждый подозрительный шорох, коих в лесу было предостаточно.

То и дело из зарослей к нам выскакивали сгенерированные Системой зайцы, лисы и кабаны. Столкновения с ними лишали нас драгоценных минут, а звуки боя, визги животных и треск могли обнаружить наше местоположение куда раньше, чем нужно, но поделать мы с этим ничего не могли. Лес продолжал жить своей жизнью, сколько бы психов с мечом наперевес по нему ни расхаживало, а самой Системе было глубоко насрать на то, что некто не собирается жить по ее правилам.

Первое время никаких следов за буйным генералом замечено не было, однако немного погодя Володей были обнаружены засохшие уже капли крови на прелой листве и дорожка из них, уводящая нас еще глубже в чащу. Кое-где дорожка обрывалась, но мы находили ее снова, и в конечном итоге она вывела нас к тому самому лагерю, о котором упоминал Павел Андреевич.

Мда-а-а… Зрелище нашим глазам предстало еще похуже, чем на конюшне. Истерзанные и окровавленные тела валялись по всему периметру вокруг потухшего костра. Мужчины, женщины… Благо, детей видно не было. Кто-то, как и Павел, пытался спастись бегством, но незнакомец оперативно перехватывал этих людей и расправлялся с ними не менее жестоко, чем с остальными.

— Вот же… урод конченный! — сжал Семён кулаки и от души треснул близстоящее дерево, оставляя на нем приличную вмятину.

— Семь человек, — пересчитал Володя павших и скривил губы. — Старик был прав. Действовал этот тип наверняка.

— А они просто ничем не могли ответить ему, — добавил я, склонившись над одним из бедолаг и рассматривая зияющий поперек его лица порез. — Сдохни или попытайся удрать, но всё равно сдохни. Без вариантов.

— Система диктует свои правила, и с этим нам ничего не поделать, — прошелся мужчина в дальнюю часть лагеря, высматривая новые следы.

Тем не менее, дорожка крови вела нас дальше, и мы покинули место жестокой бойни в поисках мясника. Создавалось впечатление, словно заканчиваться она и не собиралась. Володя уж было предположил, что в ходе нападения либо на лагерь, либо на конюшню генерал умудрился нанести себе тяжелое ранение сам и ныне истекал кровью, не способный остановить ее.