Я вам не ведьма!

— Скучаю по дому, — соврала я, — а ты — нет?

— Я тоже, — Бонни застенчиво улыбнулась, — вчера плакала в подушку. Одной скучать совсем тоскливо, а те девчонки, они… не думаю, что им было не все равно. Но вместе скучать не так страшно, да?

— У меня был жених, — на волне иррационального доверия поделилась я.

Может, это часть ее силы: вызывать доверие. Человек же тоже вполне себе животное.

— Ого! — Восхищенно воскликнула Бонни, — Настоящий?

— Не знаю, — я пожала плечами, — может, так… просто.

Просто человек, к которому можно сбежать от тетеньки.

Папенька всегда хотел сына. Когда я показывала, что разбираюсь в его работе, он напрягался, звал тетеньку… И я получала удвоенную дозу языков и этикета. Однажды из домашней библиотеки пропали все книги по математике, по которым я училась.

Тетенька сказала, папенька продал их коллекционеру за большие деньги. Выгодная сделка. Все равно они никому не нужны. 

Я не должна по ним учиться.

С Элием было легко: он ни в чем меня не ограничивал. Он даже не знал, что такое синус или тангенс, и слушал мои рассказы о них с тем же выражением лица, что и рассказы об экзотических животных, которых я видела на представлении у тайе Катански.

Но он не осуждал.

— Тогда глупости это, а не жених, когда просто, — фыркнула Бонни, — должна быть любовь.

— Кому должна? — Спросила я скорее ради самого спора, чем ради ответа.

— А как иначе?

— В моих кругах редко женятся по любви, — пожала плечами я, — всегда есть причина.

— Любовь…

— Не причина, — я покачала головой, — любовь — баловство, как танцы. Чтобы сбежать от реальности.

Теперь я понимала.

Раньше моей реальностью был дом, где я, такая какая я есть, не была нужна. Была нужна Еленька — и я вжилась в ее мягкую шкурку, и даже научилась находить в этом бездумном бытии удовольствие. Сложно избавиться от нее полностью — потому что она тоже я, и она останется со мной до самой смерти.

Теперь моя реальность — Академия. И не стоит сокрушаться об Элии или о папеньке, потому что в этой реальности их нет и быть не может.

Есть только я.

Эля.

Есть что-то волшебное в смене имени на кличку, в отказе от фамилии и достижений предков. Возможно, это часть той магии, что сделает из меня настоящую ведьму, которой я совершенно не рвусь быть.

Можно плыть по течению и легко стать ведьмой. Как стала ей тетенька.