Я Вендиго

Только видел уже не туман астрала, а лицо. Зелёное лицо с небольшими клыками, выпирающими из-под нижней губы. Орчанка. Которая тут же убежала стоило мне глаза открыть. Не таким уж и страшным я стал.

– Блять, как всё болит-то, – попытавшись сесть и поняв, что это глупая затея, я вновь откинулся на кровать, – Твою же ж мать.

"В астрале такой боли не было."

– Так стоп, кровать? – оглянувшись по сторонам, я понял, что нахожусь не на поле и не в телеге. – Последнее что помню перед разговором с Грацем, это как я вроде что-то с волками сделал.

Взглянув на свои показатели и поняв, что они находятся в зелёной зоне, я вздохнул и, слегка поморщившись от боли в боку, всё же смог сесть.

"Что мы имеем? Я хуй знает где, рядом со мной волк, что дружелюбен ко мне на 99,9%. Воспоминания прошлых жизней. Грац, изменение тела. А ещё странный сон про эльфийку и каких-то богов. Ну, ничего, судя по полотенцу что мне хотели положить на голову, у тела был жар, а при нём и не такая хуйня может присниться.

Наблюдатели Хаоса

– Эй, Джонни, может скажем ему, что это были не бредни? – один из существ, над головой которого пылала надпись Aksel, оскалился и наклонился к лицу Артёма. – Хотя, вдруг ещё испугается?

– Нет, Аксель, пока нельзя. Ты же знаешь - он ещё не готов знать про нас и про богов. Нас он всё равно не видит и не слышит, пока что. Так что пускай и дальше думает, что это бредни, – второе существо, явно старше и сильнее других двух, лишь покачало головой и посмотрело на третьего.

– Да так, грибочек один, – сидя на столе, третье существо, скрестив под собой ноги, подбрасывало в руках гриб синего цвета. Пламя над ним складывалось в слово "Велиал". – Он заебал спать, пора просыпаться и батрачить. Да и грибочек его силу в астрале на ближайшую неделю поднимет. Хотя кто же знал, что он старину Граца так быстро освободит.

Ворон

Поднявшись с постели, я направился к выходу из дома, идти пришлось чуть пошатываясь, я явно стал ещё и выше, блин. Не знаю, конечно, чей это дом, но мне нужно на свежий воздух и то, что из одежды на мне лишь штаны меня не остановит. Бывало и голым выходил по пьяни. Двери как таковой не было, а дверной проём загораживала огромная шкура, судя по цвету медвежья.