Переселенец

А это невозможно делать не любя!

В момент, когда потухли глазницы рыцаря, он приоткрылся на долю секунды, но этого хватило, чтобы нанести удар. Удар, который поставил точку в нашем сражении.

— Так не бывает, мы не можем испытывать чувств, но ты даже не представляешь, на сколько сильно жаждем этого. Благодаря тебе, я вспомнил её, вспомнил на миг. Но как же это много, когда ты не помнил тысячи лет. Ту, ради которой когда-то пожертвовал собственной жизнью. Живи и не потеряй свою любовь. Потеряв её, ты потеряешь себя.

Спасибо... — Прозвучало в моей голове, а свет в черепе рыцаря погас окончательно... Покойся с миром, воин. Рад, что ты не забыл.

— Что ж, это была славная битва. Моё слово крепко, ступайте, вас никто не тронет. Наше перемирие будет длиться год. После мы встретимся вновь, может не сразу, но встретимся. Станьте сильнее, я хочу, чтобы вы опять меня порадовали. Бессмертие временами бывает так скучно.

— Король Лич, один вопрос: что будет с останками рыцаря? И не поднимешь ли ты его вновь?

— Нет, он нашёл свой покой.

Его дух метался, но благодаря тебе он вспомнил то, ради чего жил. А вспомнив, смог окончательно умереть. Так что, даже если бы хотел, то не смог его вновь поднять. А останки — предадим земле. В конце концов, не только ты, но и он смогли меня порадовать. К тому же он и при жизни, и после смерти был великим воином, он знал, что такое честь. Вам пора, иначе система может посчитать, что я удерживаю вас. При следующей встрече вы присоединитесь к нам, тогда и побеседуем.

— Не дождёшься! Я стану сильнее и отправлю вас всех на покой! — Сказал я, исчезая из этого мира, нас просто выставили за его пределы. Лишь на грани слышимости мне почудилась фраза: «Если бы это было возможно...»

Элементали

Как же хорошо снова оказаться в таком родном осеннем лесу. Ни тебе костяшек бродячих, ни зомби с непередаваемым амбре, даже многовековые Короли Личи верхом на огромных драконах и те отсутствуют. Только белочки бегают (и нет, обычные такие зверьки, а не те, что приходят к людям во время запоя), птички поют, да речка журчит.

До места нашей стоянки дошли в тишине, ни у кого не было никакого желания сейчас разговаривать. Нужно было время что бы отойти от пережитого стресса. Придя на полянку, я просто растянулся на травке и стал созерцать медленно плывущие облака. Эх, интересно, а Болконский, глядя на небо Аустерлица так же себя чувствовал? С одной стороны — это наша земля и мы не намерены её никому отдавать.