Волшебство обмана

Прежде чем я успела помотать головой, впервые на моей памяти голос подал Ратко, который и сам выглядел как заколдованный подросток, коварно превращенный в портового грузчика.

— Эй, слышь, добрый молодец, силушкой померимся, а?

Я едва не подавилась пряником.

— Ну будет тебе! — расхохотался верзила, видя мой неподдельный испуг. — Я ж не про сейчас, а когда расколдуют.

— Между прочим, — голос Надиры резал воздух, как нож, — Олег запретил нам ее расспрашивать.

— Так мы ж не расспрашиваем, а предполагаем, — пожал плечами Ждан.

— Помогает? — Сарказм был практически осязаем. Я мысленно аплодировала девочке — лучшей защитницы и не придумаешь, надо будет подружиться.

В этот момент открылась дверь и вошел Вольга. Вернее, вошла баронесса Зоненштадтская, но, поскольку я была точно уверена, что баронесса — это я, другие варианты не рассматривались.

В том, что волшебник сейчас предстал в моем теле, был неоспоримый плюс. Я-то все голову ломала, как появиться перед обитателями дома после вчерашнего сокрушительного фиаско и при этом не потерять лица.

— Доброе утро! — провозгласила пожилая дама и окинула всех таким взглядом, будто каждый, кто рискнет не вернуть приветствие, будет сожжен заживо.

Дети зашелестели в ответ, словно класс перед строгой учительницей. О боже, боже, неужели я так смотрюсь со стороны? Это же просто восхитительно! Хотя нет, наверняка я смотрюсь лучше, ведь я же оригинал, а Вольга лишь пародия.

— Я понимаю, что хозяина дома здесь нет, но неужели никто из присутствующих не поинтересуется, как спалось гостье? — продолжала важная старуха. Вольга выбрал темно-серое платье из моего гардероба. Надо будет сказать ему, что надевать утром бриллианты — дурной вкус.

— И как же вам спалось? — успела я вперед всех, рискнув поговорить с самой собой.

— Весьма прескверно.

— Не та.

— Дикая девочка — это, наверно, я, — невозмутимо заметила Нина, шлепая босыми ногами мимо баронессы.

Вольга в облике пожилой аристократки приподнял брови, очень похоже скопировав меня, но вместо того, чтобы прямо возмутиться тем, что Нина ходит без обуви, уклончиво спросил:

— Дорогая, по вашим следам я вижу, что вы были на улице.