Онлайн Ведьма

Что ж, немного больше, чем я предполагала. Но была одна проблема: я вступила на запретную зону чужих отношений, с которой уже просто так не выйдешь. Единственный вариант избежать неловкого молчания — дать пищу для размышлений и тактично свалить. Всё-таки я не ожидала, что в этой истории правят балом свадебные черти. Благо, выделенное на обед время подходило к концу. Я незаметно позвала официанта.

— Таш, мы же ровесницы? — дождавшись утвердительного кивка, я продолжила: — Значит, нам обеим осталось годика по три, а потом мы «упадём в цене».

— Че-е-его? — протянула Таша, удивлённая моим высказыванием.

— То-о-го, — протянула я, слегка копируя её манеру. — Двадцать девять пунктов — это очень много, а ты уже почти «подержанный товар», собственно, как и я.

— «Подержанный товар»? — недоверчиво переспросила Таша. По её взгляду было видно, что она себя таковой явно не считает.

Я подалась вперёд и принялась излагать свою довольно старую теорию, выведенную путём чтения любовных романов и стереотипов поколения моей бабушки, когда, если женщина не выскочила замуж в двадцать пять, на ней можно ставить клеймо «старой девы»:

— Ну, смотри.

Ты знаешь, что машина, выпущенная из салона, теряет двадцать процентов своей стоимости? — Таша кивнула, и я продолжила. — Мы — как автомобили. После двадцати пяти теряем двадцать процентов своей… «привлекательности». А после тридцати — уже все пятьдесят. Ровесникам и даже тем, кто старше, нужны девушки помоложе. Все хотят автомобиль если не новый, то хотя бы не настолько б\у. А нам с тобой уже прилично так лет. Не самое приятное сравнение, согласна, но зато довольно наглядное.

— Да уж, — протянула Таша. — Действительно неприятное.

— Зато правдивое, — подтвердила я. — Я сама долго думала над этой теорией. Наше общество помешано на институте брака как таковом. Мне, к примеру, бабушка раз в полгода звонит и спрашивает, когда я выйду замуж и когда у меня появятся дети. А на вопрос, зачем мне дети, она отвечает одну и ту же фразу стабильно из года в год.

Таша выжидающе посмотрела на меня, а я, скопировав бабушкины интонации, выдала:

— Чтобы скучно не было.

Таша моргнула. Раз. Другой. Явно пыталась переварить потрясающий — просто бронебойный! — аргумент.

— Серьёзно? Чтобы скучно не было? — наконец спросила, отмерев, Таша.

— Ага. Иногда я даже радуюсь, что не общаюсь с бабушкой по папиной линии. Двойного такого удара я бы не выдержала. От одной бы получала аргумент «от скуки», а от другой, наверное, «от депрессии».