Онлайн Ведьма

Ида вообще никогда не любила детей и не считала, что сможет когда-то стать матерью. А пьяный мозг пять лет назад не сразу осознал, что означают две полоски на тесте. Прошла ещё неделя, прежде чем до неё дошло и в голове что-то щёлкнуло и вернулось на место.

О том, что Ида на грани, знала лишь мать, да и та ничего не могла поделать: лишь оправдывала дочь и выгораживала её. Может, кто-то ещё и догадывался, как мать Ника, но тоже молчали. Сейчас Ида прекрасно понимала, что в тот момент её нужно было спасать, не позволять творить то, что она творила.

Но почему-то рядом не оказалось человека, который бы удержал.

После аварии начался длительный период реабилитации. Но тогда Ида была готова бороться, понимала, что оплошала. Ведь никакие безответные чувства не стоят загубленной жизни и мечты. Вот только когда она снова смогла ходить и попыталась вернуться обратно в театр, оказалось, что двери уже захлопнулись, на них повешены замки, а ключи утоплены в озере. То был конец всего. И то, что к этому приложил руку человек, которого она любила, сломал в ней что-то окончательно.

Ида утопила себя в болоте из алкоголя, случайного секса, а после и в обречённых отношениях. Отцом Триш стал конченный наркоман — сынок богатых родителей, который только и делал, что прожигал жизнь.

Иннокентий Савельев, которого все звали просто Попугаем по аналогии с Кешей, был не сказать чтобы красивым, скорее даже мерзким: с жёлтыми зубами, худой, как жердь, с руками, оплетёнными вздувшимися венами, с сальными жидкими белыми патлами и серо-голубыми глазами.

Одевался он тоже совершенно несуразно, ярко, броско, кичился брендами и деньгами. Вот только пьяной Иде было всё равно на то, как он выглядел — ей на многое тогда было плевать. Единственное, что её волновало в то время — так это то, что он умел пользоваться штукой у себя в штанах и языком.

А ещё трепаться умел красиво, называя Иду своим падшим ангелом.

Как Ида не подсела на наркоту, оставалось загадкой для неё самой. Возможно, у неё всё-таки были грани, через которые она не могла переступить.

И Триш стала такой вот гранью, даже не так — благословением. Только беременность заставила Иду подняться со дна депрессии и начать жить снова.

Она завязала с алкоголем и начала думать, срочно думать. Она оказалась беременной, без работы и средств к существованию.

Но решение было найдено. Распрощавшись с Попугаем, она отправилась к его папе, и спустя три часа и не самый приятный диалог Савельев-младший получил путёвку в лечебницу.