Онлайн Ведьма

— Правда, твой начальник так же щедр и на ментальное насилие, судя по тому, что рассказала мне Наталья Васильевна, когда я заходил к ней сегодня по поводу командировки. Очень просила не наседать на бедную девочку, которую и так жизнь помотала. Она даже намекнула, что подозревает, что над тобой было совершено физическое насилие. Интимного характера. И предложила отправить тебя к психологу, потому что лишь при одном упоминании обо мне ты начала истошно рыдать. Так что Наталья Васильевна считает, что ты боишься мужчин.

Даже диагноз тебе поставила — андрофобия.

Он произносил свой монолог таким непринуждённым тоном, словно делился со мной самой занимательной байкой на свете. А у меня с каждой секундой всё сильнее и сильнее начинало пылать лицо. Хотелось буквально провалиться сквозь землю от стыда.

— Сашенька, бедненькая моя, что язык проглотила? Словила острый приступ андрофобии?

— Сергей… Сергей Павлович, это случайно вышло. Не специально.

— Да я так и подумал: в твоей жизни специально не происходит ничего.

— Вы злитесь.

— Сашенька, да как же я могу на тебя злиться-то? — откровенно глумился он надо мной. — Если бы я раньше знал, что у тебя андрофобия, я бы тебе слова плохого не сказал.

— Да нет у меня никакой андрофобии! — вспылила я, ещё и с места вскочила, больно ударившись коленом о стол, добавив к крику полупридушенный писк.

— Саш, может не нужно, а? Вот ты сейчас синяк схлопотала скорее всего, а работники будут думать, что это злой я тебя денно и нощно заставляю на коленях стоять… в углу на гречке…

— Да вы видели, что у неё в кабинете на столе?! — на все тех же повышенных интонациях продолжила я.

— Наверняка видели! Так вот, она уже пять раз теряла мои больничные бланки. Пять! И один из них я нашла в мусорном ведре — она им разлитый кофе вытерла! Мне нужно было что-то сделать, чтобы она сразу убрала документ на место. Так что извините, что использую ваше имя, как рычаг давления.

— И слёзы.

— Что? — слегка затупила я.

— Ты используешь моё имя и слезы. Но не мне тебя винить, если честно, — рассмеялся он, почёсывая затылок.

— Знала бы ты, сколько я ей сказок скормил в своё время. До сих пор не понимаю, почему Белозёров держит её при месте. Бухгалтер из неё так себе.

Я ошалело стояла и так же ошалело смотрела на него. Нет, ну что это за американские горки психически нестабильного настроения? То откровенно глумится, то выказывает чуть ли не высший уровень солидарности.

— Вам смешно?

— Очень.

— А мне вот не очень.