Бизнес-ангелы. Догма 7:40

–Только ссытся и глухой, – хмыкнул Стэн. – Это не наказание, это возможность. Наказанием для тебя было бы разориться.

–Или ускользнуть под трамвай, – Вика указала на лежащее в куче мусора металлическое колесо. – А в твоем случае это шанс. Стать лучше. Считай это интенсивом по личной эффективности.

–Или марафоном. С препятствиями, – уточнил Стэн.

–Нет, марафон – это когда две недели, а интенсив – это когда с полным погружением, на три-четыре дня…

–Какая разница, как это называется? – не понял рыжий.

–Разница в правильном употреблении терминов системы образования.

–В инстаграме у всех всегда марафоны, – не унимался Стэн.

–У одноклеточных все всегда примитизировано.

–Но-но! Ничего, что я вообще-то тоже инстаграм веду? 

–А ничего, что я еще тут? – возмутился Федор Ильич, которому осточертел этот сумасшедший диалог.

–Вот кстати да. А почему он еще тут? – рыжий удивленно посмотрел на гостя, который зябко кутался в легкий пиджак не по погоде.

–А куда его? Я пока не придумала.

–Чем же ты была так занята?

–Переговорами! На которые кое-кто вчера не явился, потому что... 

–Алле! – рявкнул Федор Ильич, уже теряя надежду, что эти двое покажут ему, как отсюда выйти.

–Так куда его? – снова спросил Стэн.

–Давай в чистилище, – предложила Вика. – Мозги прочистит основательно.

–Ага. И вернется оттуда с жопой в смазке и рылом в пуху.

–Это уж как повезет. На смазку в этом месяце бюджет не выделили.

–Ну, крепись, мужик, – сочувственно фыркнул Стэн.

Вика опять сняла очки. И Федор Ильич понял: никакая это не оптическая иллюзия. Глаза у нее действительно светились.

Мир вокруг тоже засветился синим, потом побелел, почернел и умолк.

А через секунду в эту тишину ворвался самый омерзительный на свете звук – сигнал будильника.

Но господин директор этому звуку искренне обрадовался – потому что наконец-то прервется этот бредовый сон! Можно будет пойти на работу, попросить Ленку разобраться с расписанием на телефоне и с тем шутником из салона связи, который установил сигнал на 7:40, да еще и мелодии разные поставил.

Москва, наши дни

От недосыпания, внезапно ставшего хроническим, Федор Ильич с трудом соображал. И с еще большим трудом заставил себя выбраться из кровати. На автопилоте натянул халат и пошлепал босыми ногами в ванную. 

Кафельный пол был холодным.