Цена Империи

Потом подумал, что, как уже бывало, неправильно понял богиню, и решил уточнить: ― В смысле? Чтобы я принес тебе в жертву ребенка?

Подобная просьба, шла как-то вразрез со сложившимся у него в сознании образом богини, пропагандирующей милосердие и неприятие человеческих жертв. «Однако обстоятельства бывают разные, ― подумалось Хватке, ― мало ли по каким причинам ей могла потребоваться подобная жертва». Это было вполне в традициях тех богов, под покровительством которых он вырос, и потому он не видел в таком желании ничего слишком уж особенного.

Поскольку ответа на свой предыдущий вопрос он так и не получил и, сочтя молчание опешившей Верлерадии знаком согласия, то решил уточнить параметры будущей жертвы:

― Мальчика или девочку? Какого возраста? Подойдут ли рабы, или это должен быть отпрыск какого-либо знатного рода?

― Да как ты мог до такого додуматься?! ― справилась, наконец, с охватившим ее столбняком богиня. ― Я. Не приемлю. Кровавых. Жертв, ― чеканя каждое слово, произнесла она. ― Никогда. Ни при каких условиях! Ни за что, даже ради спасения собственной жизни! А уж тем более ― убийство ребенка! ― в конце она перешла на крик и вдруг заплакала, закрыв лицо узкими ладонями.

Аларих вздохнул и, желая утешить, осторожно обнял Верлерадию. Вновь, как и пять лет назад, ему стало жаль прижавшуюся к его плечу и тоскливо всхлипывающую богиню. И опять, как и тогда, он не знал, что сказать или сделать, чтобы не усугубить ее слез. Поэтому мужчина молчал, лишь изредка гладя девушку по длинным, мягким, словно зрелый лен, волосам.

― Я хотела ребенка вовсе не в том смысле! ― отчаянные всхлипывания сложились, наконец, в более-менее различимые и понятные для не умеющего читать мысли человека фразы. ― Я от тебя ребенка хотела! Родить…

Услышав последнее слово, Аларих буквально закаменел.

― Что??? ― не веря в собственное счастье и опасаясь, что ему просто послышалось, переспросил он. ― Что ты сказала?

― Я хочу родить от тебя ребенка, ― убрав руки от лица, твердо произнесла девушка и решительно взглянула в его глаза.

― Вот. Не так часто среди людей рождается подходящая для богов пара. И я не такая дура, чтоб упустить свою удачу из-за глупых предрассудков. Но если ты не хочешь, ― вдруг робко всхлипнула она, ― я все пойму, я приму любое твое решение. Ты согласен?

Аларих не смог сдержать вылезшую на лицо веселую усмешку.

― Так вот, значит, что чувствует женщина, когда ей делают предложение руки и сердца, ― улыбнулся он. ― Интересные надо сказать ощущения.