Мрачное брачное

Она хотела спросить, как Александр узнал, что просьба остановиться сработает с упырем, и почему не получилось отправить Вонючку спать. Но делать этого не стала из обиды.

Вивьен достала из складки платья карточку и аккуратно вложила между когтей упыря:

– Если станет одиноко, обращайтесь в наше агентство. Мы подберем вам подходящую пару для ночной охоты за кровью.

Вампирша натянуто улыбалась до самого леса. Туна топала рядом:

– Что еще за упыри?

– Бывшие колдуны и ведьмы, продавшие душу, — пояснил Изюм.

Вивьен морщилась:

– Часто вампиров и упырей путают, но мы совсем не похожи. Вампиры – элегантные хищники, по нашим венам бежит не кровь, а благородство и изящество.

Александр усмехнулся. Даже не дрожал, хотя лес по-прежнему остался темным и опасным. Фортуна решила, что смелость друг обрел из-за толпы вокруг. Четверка вышла к дороге, а когда проходили мимо единственного на кладбище строения, вдруг заговорил Александр:

– Странно, что сторож никак на нас не отреагировал.

– Я не хотела голодной за вами следить. – Вивьен беззаботно пожала плечами.

– Обескровить сторожа – благородно.

За язвительность Изюм подставил Александру подножку, и тот вместе с бесценной книгой улетел вперед.

– Хочешь работать в нашем агентстве, будь вежлив, — выдал наставления старик с сундуком и прошел мимо отряхивающегося.

– Хотите, чтобы мы работали у вас, давайте обсудим заработную плату, — крикнул Александр.

– О боги! – воскликнула драматично Вивьен. – Опять обсуждения зарплаты. Как же это изматывает!

Фортуна хмурилась. К чему это вампирша заговорила о зарплате, если Александр говорил об умерших сотрудниках? Туна умирать не планировала. Не ближайшие лет восемьдесят.

Вивьен так активно болтала, что Фортуна почти сразу забыла, о чем шла речь ранее. Только Александр упорно возвращал разговор в прежнее русло: к обсуждению условий работы.

Глава 5. Чужая территория

Фортуна храпела бы сладко и дальше, если бы не почувствовала на себе взгляд. Она с трудом разлепила веки. Тощий ребенок с белоснежными волосами и отсутствием эмоций на лице смотрел словно сквозь нее.

На секунду Фортуне почудилось, что перед ней братик. Но родной брат определенно выглядел дружелюбней, чем мальчик у дивана. У Туны мороз шел по коже.