Мрачное брачное

Вот Туна и решила, что может приходить раз в недельку на часик поболтать о том о сем.

А потом Сокол сообщил, что у него не получается связаться с Александром, и Туне пришлось разбудить парня и пересказать слова гаргульи. Александр завопил, что подло вступать в сговор со статуей, и что он не согласится кормить Фортуну месяц. Сокол попросил Туну еще раз озвучить слова про проклятье. Она думала это как-то жестко. Они с Соколом будто угрожали Александру. Но статуя убедила, что ничего плохого они не делают. Ведь этот парень, друг Фортуны, а значит, и добровольно согласился бы ей помочь, а угроза превращения в камень лишь ускорит зарождение крепкой дружбы.

Фортуна не обладала опытом в налаживании коммуникаций, поэтому доверилась мудрой чугунной статуе. Но вот кормилец на ближайший месяц от чего-то жутко раздраженный.

– Я, кстати, уже проголодалась, — неуверенно сказала Туна.

Неясно, уместно ли это сейчас. Но Сокол заверил, что не нужно стесняться, месяц Фортуна может свободно озвучивать желание получить еду в любое время.

– Хочу есть! – Туна остановилась и топнула ногой.

Невозможно больше терпеть. Желудок Фортуны поедал сам себя. Александр развернулся на пятках:

– Со мной твои проделки не работают.

– Какие еще проделки? – Фортуна вновь топнула ногой. – Сокол превратит тебя в камень, если не покормишь меня. Сейчас же!

– Привыкла, что работает, да? – усмехнулся парень.

Туна не понимала. Она сжала кулак и треснула самодовольному умнику в живот.

– Ты что творишь? – процедил сквозь зубы согнувшийся Александр.

– Я хочу есть, — проныла Фортуна.

Раскаяние за жестокость к злому близнецу пришло в ту же секунду. От обиды и беспомощности Туна заплакала в полную силу. Внезапно это сработало. Если бы Фортуна знала, то зарыдала бы сразу. Александр вернулся к плачущей через две минуты и вручил сверток.

– Твой новый друг не говорил, что я должен кормить тебя вкусной едой. Я взял холодную отказную шаверму.

Фортуна принюхалась. Пахло вроде ничего.

– Спасибо. – Туна срывала обертку и бросала на асфальт. – А почему не нравлюсь? Мы же друзья?

Александр собирал разлетающиеся бумажки и ругался, что мусорить нельзя. На вопросы не ответил. Фортуне уже все равно, она ела. Двое добрались до агентства, как раз когда шаверма закончилась. Мусор Туна вручила Александру. Раз он не разрешает бросать бумажки на землю, то пусть сам их носит.