Изгои 3. Неприятности растут

Там оказалась винтовая лестница, сделанная из той же решётки. Было жутковато спускаться по ней, но мы справились.

— Где это мы? — спросил я у Кузи.

— Технический тоннель станции метро ВДНХ. Мы спустились по вентиляционной шахте, а сейчас стоим в венткамере. Нам повезло, что сейчас вентиляторы не работают, а то тут было бы шумновато.

Кузя открыл довольно массивную металлическую дверь с кремальерой, похожую на дверь какого-то секретного бункера, и мы вышли в едва освещённый тоннель. На его стенах висели какие-то кабеля с мою ногу толщиной, а то и, наверное, толще.

— Мы сейчас идём вдоль основного тоннеля, это технический тоннель. Из него мы можем попасть на платформу станции, а оттуда доедем до вокзала и на электричке до института. Чуть больше часа и мы на месте!

— А как вообще называется эта станция? — спросила Даша.

— Ты не поверишь! — хихикнул Кузя. — Станция метро ВДНХ!

— Что-то мне тут как-то… неуютно, — передёрнула плечами и крыльями Даша.

— Ну так понятно, отчего, — кивнул Кузя. — Эта станция — самая глубокозалегающая станция московского метро. Над нами целых пятьдесят три метра земли!

Вот придурок! Приободрил, называется! Даша была уже на грани паники. Мы переглянулись с Гани и вдвоём принялись аккуратными и незаметными воздействиями успокаивать её. Уф! Вроде получилось!

— А вам не страшно? — спросила Даша, перестав часто дышать и оглядев нас всех внимательным взглядом.

— Мы вообще-то и жили в подземных пещерах, в горах, — хмыкнула Лилия. — Ну… не мы сами, конечно, а демикорны. А вообще нам даже полная темнота не страшна, всё равно сможем сориентироваться. Глаза у нас так устроены, да и другие чувства помогут.

— А мы тоже можем видеть в темноте, и наши родичи тоже живут в горных пещерах, — добавила Гани. — Ты же сама это знаешь.

— Ну а вы? — Даша повернулась к Пашке и Лене.

— Да чего вдруг нам в метро бояться? — фыркнул парень. — Мы же в нём каждый день ездим!

— Ага, — согласилась Лена, и храбро добавила.

Но я заметил, что оба маленьких человечка стараются держаться поближе к своим товарищам. Да и страх их ощущался вполне отчётливо. Хотя страх — это нормально. А вот то, что не паникуют — это они молодцы! Уважаю!

— Так что мы сейчас делаем? — вернул я разговор к более насущной теме.

— Выходим на пассажирскую платформу, смешиваемся с толпой и едем домой, в институт, — отрапортовал Кузя.