Подаренная морем

Туфли на каблучке и без них совершенно не подходили для образа юноши. Спасли небольшие аккуратные сапожки из тонкой кожи. Раньше мне они не очень нравились, а сейчас так просто показались спасением образа.

Всё что нужно, аккуратно сложила в саквояж, застегнула его… А потом расстегнула. Ещё одна вещь, по которой меня могут опознать. Недолго думая, я сдёрнула со стола скатерть и сложила всё в неё, завязав концы узлом. При первой возможности обязательно обзаведусь приличной сумкой.

Оставалось очень важное дело — стащить что-нибудь с кухни.

Но это я решила провернуть тогда, когда все в доме лягут спать.

До ужина время пролетело быстро. Его же я перенесла на удивление спокойно. Подумаешь, Мэри не смотрела на меня открыто, а только лишь бросала украдкой презрительные взгляды. Миледи поглядывала на меня с неодобрением и даже ни разу не упомянула про Эдуарда. Дядя наверняка поставил её в известность о предложении Грея. А ведь ещё вчера это была любимая тема сестры и тётушки. Один только милорд выглядел довольным и даже подмигнул.

Он уверен, что я приму предложение блондина.

К счастью, после ужина никто так и не пришёл ко мне в комнату, чтобы лично пообщаться.

С трудом дождалась, когда на улице стемнеет, и из освещения останутся только фонари. Пробралась на кухню, прихватила оттуда хлеб, сыр и пару яблок. Хотела уже уйти, как на глаза попалась хозяйственная сумка поварихи. Мысленно попросив у женщины прощенья, я прихватила нужную мне вещь. С ней все-таки лучше ходить, чем с узелком.

Волнение не утихало. Хотела прилечь, но побоялась проспать. В конце концов переоделась и подошла к зеркалу… Вот тут меня накрыло неприятное осознание собственной недальновидности. Тёмные длинные волосы, доходящие до ягодиц, могли выдать меня преследователям. Или заставить сомневаться окружение в том, что я не девушка. Пришлось безжалостно отрезать их, и даже рука не дрогнула в момент совершения этого действа.

Я уже морально настроилась на побег, оставалось только самое главное — подправить лицо.

Взяв немного пыльцы, я втёрла её в кожу, постаравшись представить вместо себя какого-нибудь смуглого юношу. Утончённые женственные брови чуть гуще, а подбородок более волевой. Даже щёки пухлее, чем они есть у меня. Коснулась проколотых ушей и дырки затянулись. После чего с тревогой в сердце я приблизилась к зеркалу. Глянула в отражение и едва не отшатнулась, настолько непривычно было видеть себя такой… мужской. Нет, я не изменилась слишком кардинально.