Заложники

Тамара удобнее перехватила небольшую дорожную сумку и направилась к ней. В сумку девушка собрала максимально необходимое – трусы, бигуди и фен. Да ещё пару-тройку вещей, чтобы иметь возможность переодеться в чистое, если доставка остального её барахла по каким-либо причинам будет задерживаться. Со сбором и отправкой коего ей взялась помочь подруга детства Тамары, Вероника. Тамара надеялась, что квартиру удастся продать вместе с мебелью, и ей не придётся нанимать контейнер, стоимость которого выходила в разы дороже содержимого.

Девушка подошла к риелтору и коротко кивнула в знак приветствия. Напоказ сияя, точно фальшивый рубль, женщина указала пальчиком на её дорожную сумку:

- Заедем сначала в гостиницу и оставим вещи? – спросила она.

- Поедемте сразу смотреть дом, - ответила Тамара, не дожидаясь приглашения и садясь в машину. - Если он подойдёт, то гостиница не понадобится.

- Да, действительно… чего это я… - стушевалась и пробормотала София Эдуардовна: клиентка находилась в том мрачном состоянии, в каком люди способны отказаться от сделки, придравшись к любой ерунде.

- Что ж, тогда едем, - попыталась она себя приободрить и завела мотор своей красной подружки.

По пути к Тридцати-Трём-Несчастьям риелторша бросала быстрые косые взгляды на Тамару, которая молча смотрела в окно, и гадала: подобное настроение – это результат тряски в душном автобусе или врождённый склад характера?

Проносившиеся мимо утопающие в цветущих деревьях и травах яркие, словно игрушечные домики; раскидистый парк с хвойными скверами; дышащая свежестью и блестящая на солнце гладью чистой воды река – всё это оставляло девушку равнодушной.

И София Эдуардовна стала склоняться ко второму варианту. Перспектива продать сегодня Тридцать-Три-Несчастья таяла, как мороженое в июльский полдень. Тут, и правда, хотя бы аренду оформить…

Проклятый дом стоял там же, где его построил в начале пятидесятых годов пленный немец Шульц. Хозяин прожил в своём творении всего пару месяцев после окончания стройки.

Затем он спешно укатил на родину, воспользовавшись программой возвращения в Германию отбывших срок заключения военнопленных и продав добротный дом по смехотворно низкой цене. С тех пор Тридцать-Три-Несчастья менял своих хозяев, выпуливая их на улицу с олимпийской скоростью теннисиста, отбивающего подачи.

Тамара вышла из машины и оглядела тёмное строение. Вместе с приятным тёплым ветерком её тотчас обдало порывом отрицательной энергии, исходящей от здания.